Колесо Времени. Книги 1-14

Лежа на кровати поверх покрывала, не разувшись и положив ногу на ногу, он смотрел на балдахин и пытался привести свои мысли в порядок. Бушующая за окнами гроза не мешала этому занятию, но Мин, свернувшаяся калачиком рядышком – это совсем другое дело. Она не пробовала отвлечь его – она просто отвлекала без всяких там «попробовать». Что же делать с ней? И как насчет Илэйн и Авиенды? На таком расстоянии от Кэймлина, они обе были всего лишь смутным ощущением в его голове. По крайней мере, он предполагал, что они все еще оставались в Кэймлине. Хотя, когда дело касалось этой парочки, любые предположения были рискованными.

Все что он знал о них сейчас – это общее направление и то, что они живы. Мин прильнула к нему – узы несли такие яркие ощущения, словно она была внутри его головы во плоти. Не слишком ли поздно заботится о безопасности Мин, безопасности Илэйн и Авиенды?

С чего ты решил, что можешь обеспечить чью-то безопасность? – зашептал Льюс Тэрин в голове Ранда. Умерший безумец был теперь старым другом. – Мы все приближаемся к смерти. Просто надейся, что не ты их убьешь. Хотя и не очень желанным другом – просто таким, от которого нельзя избавиться.

Он больше не боялся совершить убийство Мин или Илэйн или Авиенды, впрочем, как и впасть в безумие. По крайней мере, стать безумнее, чем теперь – с мертвецом в голове и появляющимся время от времени смутным лицом, которое он не мог распознать. Может ему стоит решиться и расспросить Кадсуане о ком-либо из них?

Не верь никому, – пробормотал Льюс Тэрин и добавил, криво усмехнувшись, – и мне тоже.

Без предупреждения Мин ударила его кулаком по ребрам с такой силой, что он даже хрюкнул от боли.

– Ты впадаешь в уныние, овечий пастух, – прорычала она – Если ты опять переживаешь из-за меня, то клянусь, я… – Да уж, способов выразить свое неудовольствие у Мин было много, причем каждому соответствовало свое ощущение, доносимое узами. Порой было легкое раздражение, исходившее от нее и сейчас, и приправленное беспокойством. А, иногда, и едва сдерживаемым острым желанием снять его голову с плеч. Иногда – рычание, почти заставившее его смеяться от ощущения веселья в ее голове. Ну, или достаточно близко к тому, чтобы рассмеяться, чего с ним не случалось уже очень давно.

И было гортанное рычание, которое горячило его кровь даже без действия уз.

– Только не сейчас, – предостерегающе сказала она, прежде чем его рука, лежащая на ее спине, двинулась – она спрыгнула с кровати, потянув за собой свою украшенную вышивкой куртку, и наградив его испепеляющим взглядом, полным укора. С тех пор как они связали его узами, Мин стала еще лучше читать его мысли, хотя и раньше она делала это прекрасно.