Колесо Времени. Книги 1-14

Она следовала своей клятве настолько добросовестно, насколько Эгвейн только могла пожелать, но нельзя же приказать кому-то поверить. Он только повторит то, что ты ему скажешь, но от этого ничего не изменится.

Когда Шириам ушла, Эгвейн поняла, что раздумывает о том, для чего приходила эта женщина. Могло ли это быть просто желанием привлечь ее внимание к тому, что Ларин собирались наказать? Конечно нет. Но помимо этого она ничего не сказала. Кроме того, что отвечала на вопросы Эгвейн.

Вскоре появилась Мирелле, а почти сразу за ней – Морврин. Эгвейн почувствовала, как перед тем, как войти в палатку, каждая из них отпустила Источник, и они оставили своих Стражей ждать снаружи.

Даже за те короткие мгновения, что она их видела через открытый клапан палатки, она заметила, что мужчины выглядели обеспокоенными, даже для Стражей.

При виде Суан Мирелле сверкнула своими большими темными глазами, и раздула ноздри. Круглое лицо Морврин осталось спокойным, словно полированный камень, но она отряхнула свои темно-коричневые юбки с такой силой, словно старалась стряхнуть с них какую-то грязь. Возможно, это была неуверенность.

В отличие от Шириам, они должны были следовать приказам Суан, и ни одной из них это не нравилось. Не то чтобы Эгвейн хотелось утереть им нос, но Суан она доверяла, а им, не смотря на клятвы, не полностью. Не до той степени, в какой доверяла Суан. Кроме того, иногда было трудно или даже невозможно рассказать Сестрам, давшим ей клятву, что она хотела сделать. Суан могла передавать послания, и таким образом Эгвейн могла быть уверенна, что они будут исполнены.

Она сразу же спросила их про сплетни о своем сне, но, как того и следовало ожидать, их рассказы мало отличались от рассказа Шириам.

Шончан были далеко. Никто не шевельнет даже пальцем, пока что-либо не изменится. Должно последовать много предупреждений. Они говорили то же самое уже неделю. Еще хуже…

– Может быть, все было бы иначе, останься Анайя жива, – сказала Морврин, балансируя на одном из шатких табуретов перед письменным столом. Несмотря на полноту, у нее это получалось легко и грациозно. – У Анайи была репутация Сестры, обладающей тайным знанием. Я сама всегда думала, что ей следовало выбрать Коричневую Айя. Если она говорила, что вы Сновидица… – она закрыла рот, поймав суровый взгляд Эгвейн.

Мирелле внезапно захотелось погреть руки над жаровней.

Ни одна из них тоже не верила. Кроме Суан и Лиане никто в целом лагере не верил в то, что у Эгвейн было настоящее Сновидение. Варилин взяла под контроль переговоры в Дарейн, ловко оттеснив Беонин на менее значимое место, и у нее постоянно находились отговорки, почему именно сейчас она не может передать предупреждение. Может быть, через несколько дней, когда страсти поутихнут.