Колесо Времени. Книги 1-14

Возможность заковать в цепи одну из них или сразу обеих была бы как нельзя кстати. Почему Шириам, но ни одна из них?

«Остановись, Эгвейн, – подумала она. – Ты ведешь себя нерационально». Желание, чтобы определенные сестры оказались Черными, ни к чему не ведет.

Кадсуане также не было в списке. Равно как и никого из ближайших друзей Эгвейн. Она и не ожидала их там встретить, но было все же неплохо закончить чтение списка, не обнаружив там их имен. Группа Айз Седай, охотящихся на Черную Айя в Белой Башне, также была подлинной, поскольку их имен в списке тоже не оказалось.

И имени Элайды также не было в списке. В конце было пояснение, что Верин очень тщательно присматривалась к Элайде, выискивая доказательство, что она была Черной. Но высказывания Черных Сестер твердо убедили ее в том, что сама Элайда не была Другом Темного. Просто неуравновешенная женщина, которая временами мешала Черным так же, как и остальной Башне.

К сожалению, это имело смысл. Зная, что Галина и Алвиарин были Черными, Эгвейн подозревала, что не встретит имени Элайды в списке. Черные, по-видимому, выбрали в качестве Амерлин ту, которой было легко манипулировать, затем внедрили Черную Хранительницу, чтобы ею управлять.

Вероятно, они как-то повлияли на Элайду через Галину – как поясняла Верин, той, видимо, удалось стать главой Красных – или Алвиарин. Запугиваниями или подкупом они заставили Элайду делать то, что пожелают, а она и не догадывалась, что служит Черным. И это объясняло странное падение Алвиарин. Возможно, она зашла слишком далеко? Перешла границы, вызвав гнев Элайды? Это выглядело правдоподобно, но они не могли знать наверняка, пока сама Элайда не расскажет, или Эгвейн не расспросит Алвиарин.

Задумавшись, она закрыла толстую красную книгу. Свеча к тому времени догорела практически до основания. День подходил к концу. Возможно, самое время настоять на получении информации о состоянии дел в Башне."

"Прежде, чем она решила, как подступиться к этому, в дверь постучали. Эгвейн, подняв глаза, поспешно переплела концы закладки, и книги исчезли. Стук означал, что за дверью есть еще кто-то, помимо Красной.

– Войдите, – сказала она.

Дверь открылась, и из-за нее показалась Николь, стройная женщина с большими темными глазами, стоящая под внимательным взглядом Турезе. По-видимому, Красной не нравилось, что у Эгвейн посетитель, но исходящий от чаши в руках Николь пар объяснял, почему той позволили постучать.

Николь, колыхнув белыми юбками, сделала реверанс Эгвейн, что заставило Турезе еще больше нахмуриться. Николь, однако, не обратила на это внимания.

– Для Верин Седай, – тихо сказала она, кивнув в сторону кровати.