Консервный ряд

Штаны его намокли выше колен, там, где они просохли, белесыми кольцами выступала морская соль. Войдя в комнату, он тяжело опустился в кресло-качалку – его личная собственность – и стащил нога об ногу хлюпающие кеды.

– Как самочувствие Дока? – спросил Мак.

– Прекрасно, – ответил Элен. – Ни слова у него не поймешь. Знаете, что он сказал про жуков-вонючек? Нет, лучше не буду говорить.

– Он сегодня в хорошем настроении? – спросил Мак.

– А как же, – сказал Элен. – Мы собрали двести или триста звезд. Док очень доволен.

– Не знаю, как лучше, всем нам пойти или мне одному? – спросил Мак и сам же ответил:– Думаю, лучше пойти одному.

Пойдем все вместе, получится столпотворение.

– Это ты о чем? – спросил Элен.

– У нас есть один план, – ответил Мак. – Я сейчас пойду к Доку. А вы, ребятишки, оставайтесь здесь и ждите меня. Я вернусь через три минуты.

Мак вышел и нетвердой походкой двинулся по куриной тропе. На пустыре возле своего котла сидел на кирпиче мистер Мэллой.

– Как дела, Сэм? – приветствовал его Мак.

– Ничего.

– Как миссис Мэллой?

– Ничего, – опять ответил мистер Мэллой и прибавил: – Ты не знаешь, каким клеем приклеивают материю к металлу?

В другой раз Мак не преминул бы вникнуть в эту проблему, но сейчас он спешил и только коротко бросил:

– Не знаю.

Миновав пустырь, он перешел улицу и не мешкая двинулся в лабораторию.

Док был уже без шляпы, потому что голове здесь влага не угрожала – разве только лопнет водопроводная труба. Он вынимал из мокрых насквозь мешков морских заезд и раскладывал их на холодном, бетонном полу первого этажа. Их лучи перепутались и даже кое-где завязались в узлы – морские звезды любят к чему-нибудь прицепиться, а уже целый час они были только в обществе друг дружки.

Док раскладывал их длинными рядами. Они медленно расправлялись, вытягивались, и вот уже на полу как по линейке выстроились шеренги пятиконечных звезд. Док работал усердно, его каштановая клинышком бородка взмокла от пота. Услыхав шаги, Док бросил на вошедшего взгляд, и в глазах у него мелькнуло беспокойство. Нельзя сказать, что Мак всегда вносил в лабораторию какую-нибудь неприятность, но что-то несомненно вносил.

– Как дела, Док? – спросил Мак.

– В порядке, – ответил Док и внутренне поежился.

– Слышали, что случилось с Филлис Мэй из «Медвежьего стяга»? Она дала пьяному кулаком в зубы, и зуб застрял у нее в руке.

Теперь рука распухла до локтя. Она показала мне зуб. Он оказался искусственным. А что, Док, искусственные зубы ядовитые?

– Все, что выходит из уст, ядовито для человека, – наставительно ответил Док. – Врач смотрел руку?

– Привратник смотрел, – ответил Мак.

– Надо отнести ей сульфамидный препарат, – ответил Док, ожидая, когда же грянет гром, он знал, Мак пришел неспроста. И Мак знал, что Док знает это.