Кубанский огонь

Один из крупных промышленников персидско-подданный Хаджиксиниди владел большой плантацией возле станицы Мариинской. Асьминкин захотел купить у него землю, тот заупрямился. Цена была сильно занижена. Вдруг хозяин погибает при непонятных обстоятельствах. А его вдова сразу же, как вступила в наследство, продает землю Асьминкину. За копейки.

– И в полицию никто не обратился?

– Никто. Вдова получила деньги и уехала из города.

– Э-хе-хе… А почему вы сказали, что люди его боятся?

– Потому, что он бывший разбойник, – не моргнув глазом, пояснил Пришельцев.

– Но разве бывают бывшие разбойники? Объясните.

Коллежский асессор скривился, словно ему предстояло съесть лимон.

– Двадцать лет назад Конон действительно промышлял разбоем. Был атаманом шайки, которая летала по всему Западному Кавказу. И однажды они пришли грабить владельца пивоваренного завода Кривояза. Рассказывали, что дело было так. Асьминкин вынул револьвер и приставил его к голове жертвы. Давай, мол, казну. А Кривояз возьми и замешкайся. То ли он испугался, то ли не хотел расставаться с деньгами. Никто не успел ничего понять, потому что атаман выстрелил.

– Как же это сошло ему с рук?

– Свидетелями были сами разбойники, других не имелось. Никто, конечно, не сдал атамана. Формально преступление осталось нераскрытым. Но весь Екатеринодар знает эту историю, люди помнят ее до сих пор. И боятся табаковода как огня.

– За двадцать лет он так и не стал законопослушным?

– Есть у нас на Кубани поговорка: волки подыхают с зубами, – пробурчал начальник отделения. – Иначе говоря, старые привычки неискоренимы. И потом, эти приемы приносят негодяю успех. Он становится все богаче, на глазах у полиции, и та ничего не может с ним сделать.

Алексей Николаевич поморщился вслед за коллегой:

– Например, Варивода и его шайка.

– Очень возможно. Странно, что мы до сих пор об этом не подумали… пока вы нас не надоумили.

– Вернемся к обществу взаимного кредита. Зачем, по-вашему, Конон участвует в его создании, если оно ему невыгодно?

– Чтобы влиять на учетную и залоговую политику. Он будет членом правления, а то и председателем. И… это самое.

– А кто другие крупные деятели в табачном промысле? Вы сказали, греки с турками?

Пришельцев подтвердил:

– Точно так.

– Не может быть, – ахнул питерец.

– Это отчего?

– Моему помощнику такая же фамилия. Возможно, они даже родственники. Как вашего зовут?"

"– Георгий Харлампиевич. Капиталист из первых! Живет в большом доме на Базарной, окнами на Кубань. А еще имеет огромный особняк на углу Рашпилевской и Гимназической. Больше ста тыщ оценочная стоимость домовладения.