Лягушка под зонтом
О чём книга «Лягушка под зонтом»
В комнате царило тихое утро — только мелкие шажки Ольги по ковру. Она подняла руку — и мгновенно замерла, пальцы прикоснувшись к отражению на стекле. Отражение повторило жест: ждала следующего действия. Пальцы скользнули по гладкой теплой коже, но не было ни единого признака мушки. Ольга вновь убрала руку, и даже после того как она отошла — на стекле продолжала ждать ее внимания темная точка. Как манящая лягушка под зонтом, она оставалась на месте, не дай Бог исчезнуться....А также приготовленные на экстрактах морских водорослей. Невероятно полезные, к тому же редкие.
Но к бабушкиной коллекции прилагалось нечто более ценное, чем число кусков, – прописи, по которым варили мыло в прошлом. Если бы она не уезжала на Север, думала Ольга, то обязательно запустила бы линию исторического мыла: мыло Древней Греции, мыло Византии, мыло Древнего Рима. Потом – линию народов мира...
Готовясь к лекции, Ольга ворошила слежавшиеся знания, которые – бабушка права – посыпались безудержно. Нет, не бросит она свой мыльный бизнес даже в Арктике.
В Арктике? Это слово отозвалось неожиданно – легким беспокойством.
Брось, одернула она себя, он туда не собирается. Не собирается? Тогда, может быть, она должна ему оставить кое-что на память о себе? Например...
Например, сделать фигурку из мыла. Это просто – приготовить форму и залить в нее жидкое мыло. Оно застынет и...
И что получится?
Спросила и удивилась – ответ явился сразу. Но ни за что она не произнесет его вслух даже самой себе.
Время не пришло.
28
Если спрашиваешь у кого-то, не хочет ли он есть, это значит, что сам проголодался.
На самом деле он сам не отказался бы от маленькой антикварной лавочки.
В такие он заходил за границей. Всякий раз ему хотелось попросить у хозяина или хозяйки: разрешите посидеть вместо вас. Потому что он кожей чувствовал мощную силу Времени, исходившую от вещей; слабосильные вещи проживают свой краткий век и умирают.
Московские антикварные лавки Никита не любил: в них он чувствовал не живую энергию вещей, а страстное желание хозяина получить деньги за вещи мертвые.
С большим удовольствием Никита ввинчивался в толпу блошиного рынка в Лианозово, на севере Москвы. В вещах, разложенных на газетах и потрескавшихся клеенках, он легко узнавал стоящие. По глазам мужчин и женщин, которые продавали их, легко определял меру страсти, которую они испытывали. В основном глаза горели, как у него, а это значит, они понимали, что на самом деле продают Время. Ржавый гвоздь прошлого века – это не функция.
На блошиный рынок Никиту привел неспокойный Мазаев. Этот человек казался ему похожим на возвратно-поступательный механизм. Он спешил, торопился, а потому ошибался. Кидался назад, исправлял ошибку, снова куда-то спешил, снова ошибался.
В последнее время Никита чувствовал себя странно.
- 10
- 9
- 8
- 7
- 6
- 5
- 4
- 3
- 2
- 1
не выбрано