Лягушка под зонтом

Да, шоколад замечательный, похоже, ее голова ничем не отличается от головы древних ацтеков. Сердце билось так сильно, так жарко и так тревожно-томно, что...

– Но если переесть шоколада, то мы испытаем на себе тахикардию и головную боль, – услышала она.

Ольга едва удержалась от признания, что уже чувствует сбивчивое сердцебиение. А вот насчет головной боли... С ней такое бывало – после близости с мужчиной у нее болела голова без вмешательства шоколада.

Но если эта близость будет после шоколада? Нет, нет, ничего такого, она возьмет себя в руки, не станет проверять. Она – да.

– На мою Манечку мужики летят как мухи на мед.

Ольга помнила, что недолго размышляла над новостью. Она положила ложку меда на блюдце, поставила на подоконник, надеясь проследить – прилетят или нет?

Вечером, разглядывая нетронутую поверхность меда, сказала бабушке:

– Ни одного. Бабушка, а каким медом мажется Манечка тети Ули? На наш мед никакой мужик не прилетел. И мухи тоже.

Валентина Яковлевна смотрела на Ольгу, не понимая, о чем она.

– Блюдце надо ставить туда, где есть мухи, а самой крутиться там, где мужчины.

– Я отнесу его в клуб! – объявила Ольга с уверенностью пятилетнего гения.

Бабушка смеялась. Но не останавливала ее. Она знала то, что сейчас знает и сама Ольга: дети быстро забывают о своих открытиях. Они торопятся освободить место для новых.

Что ж, думала Ольга, откусывая кусочек белого шоколада, наблюдая за Никитой, если народная мудрость справедлива, то шоколад – отличная наживка.

Она пила чай, слушала голос, почти не вникая в смысл слов. Все они из обыденного ряда: нейтральные, голосовой фон для чаепития. Она не задавала вопросы, которые могли бы снять этот фон, открыть то, что под ним. Зачем? Так говорят незнакомые люди, севшие за один стол в поезде. Проводница приносит чай всем сразу. Попьют – встанут и забудут друг о друге.

Ольга посмотрела в окно. Там, между крышей Надиного дома и облаками, трепетали листья желтеющей осины. Чуть заметно, но они беспокоились. На коньке крыши качалась сорока.

Сорока слетела, Ольга посмотрела на Никиту. Охотник? Да нет, это не про него. Лягушку и ту не мог достать.

Тогда... Может, сорока предупреждает его? Охотник – она?

Ольга улыбнулась.

– Никита, чай и шоколад просто замечательные, – сказала она. – Я готова снова и снова вынимать лягушек из вашего колодца.

– Благодарю вас, Ольга.