7
0Они учуяли Еву и признали врагом, подлежащим уничтожению потому, что… Ева – одна из нас?
А ещё тот бешеный выброс, который казался необъяснимым. Лишь теперь я понял, что именно случилось – монашка употребила плод пепельного дерева, просто среагировала не так, как реагирует на плоды человек.
У людей происходит временное увеличение магической силы с последующим небольшим откатом, только и всего. А вот для нас плоды являются мощнейшим стимулятором, который употребляют в самых крайних случаях. Никому из наших и в голову не придёт жрать эти проклятые шарики просто так!
Ева… наша? Одна из нас? Но как? Быть такого не может!
Наши дети не пропадают. Не появляются среди людей. Их не отдают в монастырские приюты. Да скорее подземный огонь погаснет, чем такое произойдёт!
Новое противоречие заставило выхватить из-за голенища кинжал – не магический, а самый обычный. Вновь подхватив руку Евы, я аккуратно уколол палец и попробовал проступившую алую каплю на вкус.
Человек. Чистокровный.
– Р-р-р! – Эти загадки бесили!
Я опять отодвинулся, внезапно припоминая разговор с одной чокнутой леди. Данаралия всегда была ненормальной, её рассуждения никто не слушал и значения им не придавал.
Я тоже относился скептично, но тот разговор, по понятным причинам, запомнился:
– Однажды среди людей появится тот, кто сможет управлять подземным пламенем наравне с нами, – говорила Данаралия. – И тогда нам уже не придётся служить этим… – тут леди скривилась, опуская уничижительное слово. – Наш обет утратит силу, всё станет как прежде. Мы будем избавлены от их убогих проблем.
Объективно проблемы были не такими уж убогими, но… Впрочем, неважно.
Факт в том, что Ева – чистокровный человек, но со всеми признаками огненной расы. Может и не наша, но очень близкая. Такая же как мы.
Прикрыв глаза, я вообразил, что встречаю монашку не здесь, а дома, на исконных территориях. Представил и понял: случись это там, я бы тотчас встал на колени и попросил назвать меня своей парой.
Вот почему я так схожу с ума от девичьей ауры. Вот почему постоянно возвращаюсь мыслями к её образу. Вот почему…
Ева дёрнулась и заворачивалась. Пришлось отбросить лишние мысли и вернуться к ней.
– А-а… – тихий то ли вздох, то ли стон.
– Всё хорошо, – произнес я мягко.
– Моя ма…
– Всё хорошо, – повторил, подхватывая Еву и помогая приподняться. Вот только зря я так поступил.
Стоило заключить Еву в объятия, и по телу прокатилась мощнейшая волна – аж искры из глаз вышибло. Моя. Идеальная.
– Я… – снова начала Ева испуганно. – Я угас…
– Нет, ты не угасла, – перебил я.
Ева села, и мне пришлось отпустить. Разжать руки и отодвинуться.
– Но… метка? Она ведь пропала. – Глаза Евы стали большими и испуганными. Глядя в такие, хочется не просто обнять, а прижать и не отпустить никогда.
