7
0Хвалить Алентора, разумеется, можно, но зачем делать это с таким придыханием? Почему нельзя сказать то же самое, но спокойно?
Осознав свою реакцию, я удивилась снова. Что это со мной? Что происходит? Вот уж поистине невероятное начало дня!
Потребовалось несколько минут на то, чтобы собраться с силами и мыслями. Я поблагодарила Иргиль за помощь, а заодно вспомнила ради чего вообще пришла.
Вспомнила и сказала:
– Я больше не смогу разбирать архив.
Брови Иргиль вопросительно приподнялись, а с моего языка слетело:
– Алентор запретил мне работать. – Я сказала, не подумав!
Рыжая сначала окаменела, а потом аж присвистнула.
– Это не то, о чём ты подумала, – поспешила исправить ошибку я.
Только поздно. Слова прозвучали, и двусмысленность собеседнице понравилась. Иргиль повеселела и уставилась на меня одобрительно. Однако следующая её реплика кольнула как иголка:
– Ну вот, а всё тихоню из себя строила.
Я сильно растерялась, просто не знала, что сказать.
Похлопав глазами, я всё-таки засобиралась на завтрак. Во-первых, живот сводило от голода, а во-вторых, я помнила распоряжение Алентора – невзирая на происшествие, с занятий меня никто не отпускал.
Поблагодарив Иргиль ещё раз, я отправилась в столовую. Была убеждена, что выгляжу обычно, но, стоило мне наполнить поднос и упасть рядом с Морти, как парень придвинулся и шепнул хмуро:
– Евка, чё с лицом?
– А заметно? – жалобно проблеяла я.
– Чё случилось? – продолжил настаивать здоровяк.
Я вздохнула и тоже прошептала ему в ухо:
– Полчаса назад я угасла. Меня спас Алентор.
У Морти глаза на лоб полезли. Остальные сидевшие за столом, начали активно коситься – они уже привыкли к тому, что у нас секреты, но проявлять любопытство это не мешало.
Морти махнул им рукой, мол ерунда, и мы действительно вернулись к еде. А чуть позже, когда шли к аудитории, сокурсник устроил настоящий допрос! Тем же шёпотом я выложила ему все подробности, даже про обнажённый торс и взгляд безумца.
Касательно последнего парень произнёс:
– Ну и чему ты удивляешься? Он давно глазами тебя пожирает. Ты ему нравишься.
– С чего бы мне ему нравиться? – ощущая, как розовеют щёки, возразила я.
Морти думал недолго. Вернее, вообще не думал:
– Ну, говорят, что подобное притягивает… это, как его… да тоже подобное.
Я посмотрела непонимающе.
– Вы с его милостью одного поля ягоды.
Я аж споткнулась от такого заявления.
– С чего ты это решил?
– Да с того, – отозвался парень. – Ты по этой части глуповата, но что взять с монашки? А я тебе говорю: вы с его милостью очень похожи. Сложно объяснить, но вы как будто одинаковые.
«Сложно объяснить»? Согласна. Бред объяснить нелегко!
– Мы вообще не похожи, – отрезала я.
– Ошибаешься, – продолжил гнуть свою линию Морти.
