Любовь не обсуждается

– Правда?

Мне нравилось, как все идеально складывалось, как красную ковровую дорожку расстилали. Вот только куда?

Никита снова пропал. Я не беспокоилась. Мне было ровно хорошо без него, чем с ним. Костя привозил нас с Гелькой из универа и пропадал до вечера. Мы усиленно грызли с ней гранит науки и все блюда из ресторана по перечню меню. А вечером Геля собирала учебники и уезжала в общагу. Меня хватало только на душ и нырнуть в объятия постели до следующего утра.

Тобольский появился неожиданно и не вовремя.

Мы как раз с Гелькой наматывали на вилки спагетти и втягивали их в рот, когда дверь бесшумно открылась и на нас воззрился Никита Сергеевич.

– Здрасьте, – прошмякала подруга, неуклюже запихивая вермишель в рот, размазывая соус по лицу.

– Что это? – не обращая на нее внимания, обратился ко мне Тобольский.

Я лихо втянула в рот свою порцию и причмокнула.

– Не что, а кто! Познакомьтесь, моя подруга Геля. Гель, это мой… это Никита Сергеевич Тобольский. Папа Стаса.

– Брысь отсюда, – тихо бросил он в ответ, и Гелька тут же сорвалась с места, забыв про учебники, и выбежала за дверь, громко захлопнув ее за собой.

– Мы вообще-то учились, – проворчала я обиженно.

– Эта квартира для тебя и для меня.

– Хорошо, тогда я допоздна буду засиживаться в общаге, голодать и страдать. А к ночи возвращаться в квартиру для тебя.

Реакцию Тобольского никогда не возможно просчитать. Вот и сейчас он усмехнулся и отмахнулся.

– Ладно. Сегодня я действительно выбился из графика. Привози эту девчонку. Но чтобы к ночи ее здесь не было.

– Обещаю!

– А теперь закажи мне такие же макароны. Проголодался как черт.

Никита скинул пиджак и сбросил галстук.

В общем, мы так мило побеседовали, что момент, когда Тобольский доел, резко отодвинул от себя тарелку и пальцем поманил меня, стал неожиданным.

– Зачем? – вскинулась я и внутренне подобралась.

Нет, я никогда не привыкну к его близости и резким изменениям в настроении.

Никита похлопал ладонью на стол перед собой и пояснил:

– Хочу десерт.

От его усмешки по коже побежали холодные мурашки.

– Я не заказала. Что хотите? Фрукты? Мороженое? – я потянулась за меню.

– Тебя.

Рука застыла, так и не дотянувшись.

– Меня на десерт? – переспросила дрогнувшим голосом.

Черт! Ну сколько можно? Я же знаю, почему здесь, почему с ним и зачем. Что же каждый раз колбасит?

Заставила себя сползти со стула и подойти к Тобольскому. Его руки легли на мои бедра. Сжали. Потом с силой потянули вверх и водрузили на стол.