Любовь по ошибке

Это было похоже на солнечный ожог, когда любое прикосновение к обожженной коже отзывается не столько болью, сколько раздражением. Все это было так глупо и нелепо. Ничем не прикрытая ревность двух маленьких паршивцев. И ладно бы Ксю ревновала меня к Лене, а Тим - Лену ко мне. Это было бы вполне понятно. Так ведь нет, они ревновали нас с Леной друг к другу!

Ксю привыкла, что я ее полная собственность. Да, она согласна была разделить меня с Леной, взамен получив еще и ее внимание. Но никак не хотела делить меня с Тимом. А он, и так недополучая внимания Лены, боялся совсем его лишиться. Хотя меня принял практически сразу.

В Петергофе это было еще не так явно. Хотя, несомненно, они друг другу не понравились. И даже не с первого взгляда, а уже встретились с предубеждением. И дальше выискивали друг в друге только то, что это предубеждение подтверждало."

"Дома мы с Ксю поговорили. Сначала она фыркала по-ежиному, но потом, как мне показалось, согласилась, что вела себя не лучшим образом. И что стоит попытаться все исправить, поскольку это в общих интересах. Сразу же после нашего разговора позвонила Лена и начала вкручивать, что аквапарк не лучшая идея. Будь я в спокойном состоянии, наверно, подумал бы и понял, что она права. Но в тот момент был на грани, когда с шуруповертом лучше не соваться, чтобы не сорвать резьбу.

Цирк с конями начался сразу же, как мы подъехали к Лениному дому. Тимофей сидел на скамейке с сумкой. Мы с Ксю вышли, и первое, что она сделала, даже не поздоровавшись, проехалась, будто Тим сторожит сумку, как собачка. Тим ответил чем-то не менее ядовитым. Я прикрикнул на обоих, и в этот момент появилась Лена с бустером. Мы быстренько замяли конфликт, но, как оказалось, это было только начало.

Да, я повел себя, как идиот. Ведь было же очевидно, что Тим в долгу не останется и будет бить прицельно. И все равно пошел у него на поводу с этой горкой. Ну а дальше их было уже не остановить. Как только первые ядерные ракеты выпущены, в ход пойдут и остальные

- пока не будет уничтожена вся планета. Ксю захватила в плен Лену, Тима это только подзадорило, и он прилип ко мне, как пластырь. Тем еще сильнее заводя Ксю.

Я ловил Ленины взгляды, раздраженные и беспомощные. И чувствовал себя так же. Как ни пытались мы сгладить ситуацию, все уже пошло в разнос. Наконец я волевым усилием попытался поставить точку: едем домой. Но было поздно.

Оставив Ксю и Тима с Леной, я пошел за машиной на стоянку, а когда подъехал, обнаружил сцену похлеще, чем утром. Ксю рыдала, заламывая руки, Тим зло и упрямо смотрел себе под ноги, а Лена стояла между ними - тоже злющая, как мегера.

- Что тут за дела? - спросил я, выйдя из машины.

- Короче, Кирилл, - Лена схватила Тима за руку, открыла дверь и запихнула его в бустер.