Ло. Лётная школа

И не удержалась: — ты пакеты гигиенические захватил? Гляди, укачает! Сегодня я держусь за руль!

Нет ответа. Да и ладно! Против всякой логики настроение зашкаливало. Мне нравилось, что Макс сидит за моей спиной. Повезло!

Привет, моя дорогая! Я махнула крыльями в небе самой себе. Дыхание спирало от восторга. Хотелось петь.

— Мы вольные птицы, пора, брат, пора! — я заорала счастливо, поднимая Яшу на истинную высоту. Чуяла затылком, как не по себе моей белой сирени. Еле-еле пробивается сквозь суровую серьезность командира эскадрильи. Сообразила запоздало: он ведь тоже экзамен сдает.

Ай да, бригадир! Ай да, господин полковник! Барон стреляет неважно и винтовой авиации откровенно предпочитает реактивную. Ха! Поглядим, как справится с пулеметом его сиятельство на бочечке.

Я вывела планер на просмотровую высоту. Пора!

Заслуженная машина традиционно не имела интерактивной лобовухи. Видавший изрядные виды планшет под зеркалом заднего вида держал мою связь с землей и напарником. Его пульс красным сердечком бился рядом с моим зеленым. Перебирает с частотой барон, трясется под сто ударов. Трусит, как всегда?

Я отметилась в точке входа в зону судейства.

Загрузка рабочего задания указала направление огневой атаки и треки виртуальных врагов. Я выучено зависла под прямым углом. Начала задирать нос аппарата выше горизонта.

— Иду на маневр, — спокойно объявила в шлемофон, — правая бочка.

Р-раз. Сто восемьдесят градусов. Убрала ноги с педалей. Джойстик вправо. Д-ва. Завершила оборот. Выровняла свою ласточку параллельно земле. Глянула на результат стрельб барона. Средне. В пределах норматива.

— Иду заново, — предупредила я человека за спиной.

Нет ответа. Ладно.

Сделала лихой разворот на иммельмане. Шикарно, по моим представлениям, до ужаса. Мне чудилось, как бьют в ладоши восторженные зрители. Тишина в шлемофоне. Укачало?

— Левая бочка, — сказала я. Не стала рассусоливать и совершила фигуру в быстром темпе. Удовольствие получила близкое к самому заветному. К оргазму."

"Кей-Мерер подозрительно молчал. Но на экране следы его пулеметной деятельности цвели неплохими баллами. С ног не сбивает от восторга, но стабильно.

— Набираю высоту, — комментировала я в глухом эфире, — Макс, ты там живой?

— Ты ничего не замечаешь? — возник его странный, сдавленный голос.

Словно мы кувыркаемся на пятнадцати тоннах, а не на детских двух сотнях.

— Ничего, — я завертела головой. В нос кольнуло. Я чихнула. Снова то же непонятное шершавое касание. Аллергия? У меня?

— Возьми револьвер, — еле выговорил комэск.

Тяжелая железяка, стукнув меня по плечу, упала на колени. Я едва успела поймать. Самолет нырнул носом.

— Г-гляди, — еле слышно сказал голос Макса и пропал.