Ло. Лётная школа

— История твоя странная и, мягко говоря, завиральная. Если бы я не сидел с тобой сейчас в клетке, не поверил в нее никогда, — задумчиво проговорил Кей-Мерер. Замолчал.

— А браслет? — я живенько попыталась переключить его на другую тему.

— Я попробую его снять, но это будет больно. Терпи, Петров, — приказал командир.

Я не успела мяу сказать, как он сжал мою руку, вдавил сустав большого пальца в ладонь. Боль стеганула незаслуженной обидой.

— А-а! — я заорала. Слезы выскочили из глаз.

— Че ты орешь, как девочка, — недовольно заметил Кей-Мерер, — все закончилось, держи.

Он постучал браслетом меня по плечу. Я отвернулась, растирая левую кисть. Хорошо, что в подвале темно, хоть глаз выколи. Плакала беззвучно."

"— Твоя игрушка наощупь смахивает на ментальный блокиратор, — решил просветить меня гадкий барон. Говорил близко, тревожа волосы над левым ухом. — Весьма недешевый и редкий гаджет, между прочим. Мне такого не надели.

— Можешь оставить его себе, Кей-Мерер. Для красоты! — прошипела я. И неожиданно для себя самой, громко всхлипнула.

— Что, действительно, так сильно болит? Вывих? — удивился мужчина, — я не мог, я бы почувствовал…

Он отобрал мою бедную руку.

ГЛАВА 11. Ненужная, но случившаяся

— Что. Это?! — возмутилась я.

К моему копчику, напрягая опасно пуговицы галифе, надежно прижималась сиятельная эрекция.

— Извини, — вздохнул Кей-Мерер в мои волосы на затылке. Держал руки строго по швам.

Я отодвинулась, как могла. Отклеилась от барона, уперлась лбом и грудью в холодные прутья клетки. Забыла про боль.

— Интересная у тебя реакция на смерть, — я улыбнулась.

— Не твое дело, Петров! — ожидаемо рявкнул комэск.

— Да как же не мое? В нашей клетке и так места нет, а ты еще!.. — я поискала слова, не нашла и втянула воздух через нос сердито. Почти. Густо несло мужским, здоровым потом, эрекцией и окаянной белой сиренью. Дыхание сбивалось. Захлебывалось.

— Извини, — после долгой паузы повторил Кей-Мерер.

Я от нечего делать пересчитала вертикальные прутья на клетке. Потом горизонтальные. Сглотнула слюну.

— Они прикончат нас, когда вернутся, — заметила я в темноту подвала.

— Это вряд ли, — ответил Кей-Мерер, — Иначе, зачем запирать здесь? Шлепнули бы сразу и в холодильник бросили. Выжидают.

Это правда. Несмотря на вид снизу, голова у комэска работает. Впрочем, как всегда. Он помолчал. Дышал мне в затылок своей сиренью. Пытался сдерживать глубину вдоха, да не получалось у него.

— Какой ты худющий, Петров, кости сплошные, — легкое движение вдоль хребта пересчитывает позвонки.