Кумтрест

"

"Васильев понял, что Зубов пока сам не знает, какую позицию выбрать по отношению к новому начальнику. У него такой неадекватный руководитель тоже был впервые.

ИК-12. Хотим обратно

Осужденный Натубин уехал, но сука оставил своё наследие осужденным в ПКТ. Оно вылилось в коллективную жалобу на имя прокурора города по поводу нарушения их прав. Прокурор естественно её не увидел и вряд ли вообще узнает об этом факте. Шмаров внимательно изучил, что написали зэки и для себя сделал выводы. Он однозначно мало уделяет времени осужденным, содержащимся в помещение камерного типа.

В жалобах прокурору было указано много претензий. Постоянные избиения во время передвижения по коридору и недостаточная медицинская помощь. Отсутствие культурно-массовых мероприятий в личное время. Осужденные хотят слушать новости по радио «Эхо свободы» и хотели бы выписывать журнал «Маленький город» и «Старую газету». Они хотят читать Солженицына, а не целыми днями изучать правила внутреннего распорядка в ИУ. Ещё они требуют иметь при себе предметы культа. Кратко, но со смыслом.

Шмаров понял, что полетели первые ласточки, которых он воспринял соответственно в своей манере. Он выбросил все жалобы в урну и каждого отдельно отпиздил в кабинете. Через неделю письменные жалобы повторились. Шмаров поделился этой проблемой с Геной Адогамовым, который, недолго думая, предложил организовать музыкальную программу для осужденных ПКТ. Осужденные хотят культуру, значит надо её им дать.

Андрей Шмаров и Гена Адогамов подготовили проект комнаты со звукоизоляцией. Руководство его утвердило практически не глядя. Осужденному, находящемуся в этой комнате, не оказывалось физическое воздействие. Зэка садили в комнату и включали громко музыку. Если через несколько суток он пытался заснуть, ему этого не давали сделать преданные активисты администрации. Они дежурили по графику рядом с комнатой. Через трое суток зэк был готов на всё, лишь бы его не трогали. Одно упоминание о том, что его туда опять посадят, ставило его по стойке смирно.

Единственным минусом было то, что зэкам не давали ходить в туалет. Комната всегда была засрана и зассана. Минусом это было естественно для администрации учреждения. Иногда приходилось туда заглядывать и дышать этим говном. В качестве очередного психологического насилия — это был даже огромный плюс.

Одновременно с этим проводили ещё одно мероприятие. Когда зэки были на прогулке, специально обученный петух глубоко забивал очко тряпкой. В течение суток в камере было невыносимо находиться. Зэки жаловались, пытались прочистить канализацию сами и тут же было водворены в ШИЗО. Осужденным запрещается засорять санузлы в камерах и устранять неполадки своими силами.