Нелюбимая для огненного дракона

Боль моментом уходит на второй план, уступая место смущению, что волнами проходит по телу с головы до пят. К большему стыду замечаю, что далеко не все адепты разошлись и многие из них оторопели, увидев, как профессор взял меня на руки. Даже Томаль и… Арон.

От его пристального, пронзающего взгляда все внутри сжимается. Боги! Что с его зрачками? Они вертикальные! Он же не обратится сейчас?

Глава 17. Поцелуй

– Пусть лекарь тебя осмотрит, а потом зайди ко мне, – говорит мне Рик. Заботливо и непривычно ласково, будто я ребенок, с которым нужно говорить исключительно осторожно.

– Хорошо, – киваю, а сама высматриваю Айлу в дверях. Только что стояла там, и уже нет."

"Профессор кладет мне на плечо руку, словно подбадривая, а я вздрагиваю и опять краснею. Хотя краснею ли?

Кажется, лицо даже не думало приходить в нормальный цвет после того, как Рик пронес меня на руках.

Несмело смотрю ему в глаза и тут же туплю взгляд в пол. То, что я в них вижу, пугает. Мне кажется, что сейчас на меня смотрит мужчина, а не профессор жаждущий возмездия за обиду ученицы.

Это неправильные мысли! Так нельзя.

Он уходит. И я тихонечко вздыхаю. Лекарь быстро ставит меня на ноги, обещая, что синяка не будет. Спустя полчаса выхожу в коридор, но идти на занятия не спешу. Я хочу поговорить с Айлой. А она, наверняка, на профильных занятиях.

Так и есть, спешит по коридору, глядя в пол. Вся зажатая, сутулится.

– Айла, – подлетаю я к ней, а она опять отстраняется.

– Не дружи со мной, не надо! От этого только проблемы! – говорит Айла, и в горле застревает ком обиды.

– Прости меня, – цепляюсь в ее руку.

– Не в этом дело! Она манипулирует тобой из-за меня! Я не хочу быть твоим слабым местом! – кидает она, вырывает руку и убегает.

Хочу за ней побежать, но не знаю, что я сейчас скажу. Максимум, мы поплачем вместе над печальной судьбой.

Ну уж нет!

Кулаки сами сжимаются до хруста. Томаль хочет войны? Томаль ее получит! Где эта ящерица? Пора выдергивать чешую!

Поворачиваю в пятый по счету коридор и втыкаюсь в мощную грудь. Отлетела бы, если бы сейчас так крепко не держалась на ногах.

И он зол сейчас не меньше меня. Однако разбираться в причинах сей злости мне некогда. И не хочется, раз уж на то пошло.

– Элла! – он выстреливает мое имя, едва я собираюсь его обойти.

– Давай потом. Мне некогда, – отмахиваюсь я, но он хватает меня за предплечье и одним грубым движением возвращает на место.

– Пусти! – вырываю я руку.

– Значит, ты все-таки не забыла, как стоять за себя. Тогда какого гоблина ты… – он стихает, словно напоролся на осколок стекла.