Моя любимая заучка

Мне кажется вокруг тебя так и кружат миллионы зловонных бактерий, — Лизу уже веселила их перепалка и она выглядывала из-за широкого плеча Захара, — Но если всё же решишь подойти ко мне, то надень защитный костюм. Или предупреди меня, я его сама надену.

— Тварь, да пошла ты нахуй! — Паулина ещё сильнее начала вырываться, но Заболотину не составляло никакого труда сдерживать её на месте. Он был большой и сильный.

— Заболотин, уведи её отсюда, ещё один визг и у меня голова взорвётся, — Громов уже не казался злобной мрачной статуей, видимо перепалка его тоже забавляла, — Ромашова, мне кажется ты лукавишь. А как же твой рыжий дружок? Ночью кувыркаешься с ним, а потом лижешься в коридорах со Смирновым? Или вы все вместе потом кувыркаетесь?

— Кувыркаетесь только вы между собой, Громов. Что за ахинею ты несёшь? Не пробовал писать любовные романы? У тебя бы точно получилось, — Лиза, видя, как Заболотин утаскивает Паулину прочь, вышла из-за спины Смирнова, — Завязывай уже сочинять. Пошли, Захар.

— Я пробовал писать, Ромашова. И даже написал пару текстов. Вот только состояли они без малого из пары строк.

Лиза растерянно обернулась и посмотрела на Громова. Он стоял неподвижно, вытянувшись, как струна и засунув руки в карманы брюк. Чуть прищурив глаза, он сверлил её холодным взглядом серых глаз.

— Это ты о чём? — Тёма, нахмурившись, уставился на друга.

Громов перевёл на него взгляд и небрежно бросил:

— Ни о чём.

Лиза, пару раз моргнув, быстро отвернулась и помчалась по коридору.

Захар последовал за ней, вообще ничего не понимая.

— Лиза, что Громов имел ввиду? — Спросил он, поравнявшись с девушкой.

— Это же Громов. Он вечно несёт всякий бред. Искать смысл в его словах гиблое дело, — Лиза говорила, не задумываясь, у самой в голове был полный бардак.

Записки. Это он на них намекал? Боже. Так получается, что цветы ей послал Громов? Сердце пропустило удар.

Захар что-то говорил, а она не могла вникнуть в поток его слов. Даже злость на Рому куда-то улетучилась. Она шла по коридору рядом с красавцем, с которым несколько минут целовалась на глазах у Громова. И думала об одном из них.

Глава 15

Ночной полумрак разрезал тонкий луч золотистого света, падающего на обнажённую девичью грудь. Упругие формы проявлялись раз за разом в свете луны, с каждым скачком скрываясь, и проявляясь вновь. Женские стоны разносились по комнате, будоража тишину. Ускоряющиеся влажные шлепки, прерывистое дыхание.

Максим взял в руку твёрдый сосок и сильно сжал его между пальцев, второй рукой он крепко схватил ягодицу, сильнее прижимая к паху и резче ускоряя темп. В висках стучало всё сильнее, и он резко скинул с себя Паулину, хватая её за голову и подводя к члену.

Она сразу же впустила твёрдый пульсирующий член к себе рот. Хорошая девочка.