Моя ревность тебя погубит (СИ)

— О ком ты спрашиваешь? — я наблюдаю за тем, как его глаза беспокойно мельтешат, но в какой-то момент обретают спокойствие и останавливаются на мне.

— Полина.

— Нет, ты спрашивал не о Полине.

Я делаю глоток виски.

— К-как долго ты собираешься держать её там? Реабилитация м-может длиться до шести месяцев.

Кажется, он намекает на то, что его жену уже пора выпускать и каких-то жалких шести месяцев достаточно для того, чтобы перечеркнуть восемнадцать лет кошмара, в которых жила Полина.

— Её реабилитация будет длиться столько, сколько я посчитаю нужным. — Допиваю виски.

Наливая в стакан ещё алкоголя, я не замечаю, как Полина возвращается на кухню. Её шаги тихие и невесомые, словно у левитирующей над землёй мышки. Она стоит возле меня в белом махровом халате, закрывающем её целиком. Кажется, она была в душе. И кажется, прямо сейчас я превращаюсь в доисторического человека, неандертальца, готового закинуть её на плечо и унести в свою пещеру в тысячу квадратных метров.

— Папа, вот зачем? — она хмурится, обходя меня сзади и поднимая пустой стакан в воздух.

"— Я не каждый день в-встречаюсь с твоим будущим мужем, — отмахивается Леонид. — М-можем и выпить немного.

— Ты встречался с моим будущем мужем пару дней назад. Не нужно злоупотреблять этим.

— Я и н-не собирался, милая.

Явно разочарованная и недовольная, она кладёт стакан обратно и по кухне распространяется звук ударяющегося стекла о стекло. Она раздосадованно кусает нижнюю губу, когда я обхватываю её за талию левой рукой и притягиваю к себе.

— Ты была в душе? — спрашиваю я тише, хоть и понимаю, что вопрос максимально тупой — учитывая, что она стоит передо мной в халате.

— Да, пока вы тут не теряли времени, — она снова бросает на меня осуждающий взгляд, но при этом её правая рука впивается мне в волосы. Это грёбанное прикосновение снова заставляет меня чувствовать себя дикарём. — И мне нужно сходить в магазин.

— Ты не пойдёшь в магазин так поздно.

Стоит ли мне напоминать, что она даже при свете дня всегда ездит вместе с охранником. Мне кажется, я лучше перережу себе глотку, чем какое-то время не буду знать, что с ней происходит. Первый вариант хотя бы быстрый и не такой болезненный, как второй.

— Мне действительно нужно.

Свободной рукой она хватается за край белого пояса и начинает сжимать его.

— Пойдём, ты расскажешь мне, что тебе купить.

— Не надо, Стас. Тем более ты выпил.

— Я могу пойти в магазин в свои тридцать лет и выпившим, принцесса.

Встав из-за стола, я даю понять Леониду, что скоро вернусь, и веду Полину в коридор, приобнимая за талию. И ста лет не хватит для того, чтобы я мог адекватно воспринимать её миниатюрность по сравнению со мной.