Моя ревность тебя погубит (СИ)

Присев на тумбочке в прихожей, я обхватываю всё её тело и прижимаю к себе. Одной рукой я держу её под задницей таким образом, что служу ей стулом.

— И что нужно моей принцессе так поздно?

Она прижимается нежной кожей своей щеки к моей. Каждый мускул на моём лице напрягается, желваки на челюсти играют. Как можно считать себя адекватным, если её прикосновения действуют на меня таким образом?

— Прокладки, — тихо бросает она. — Мне нужны прокладки.

Значит, у неё начались месячные. В ближайшем будущем я надеюсь сделать так, что они исчезнут, даже если она продолжит принимать противозачаточные.

— Мы можем избавить тебя от этих неудобств, — говорю я, целуя её щёку. Она прикрывает глаза, тяжело дыша и ёрзает на моей руке. — А пока я пойду за прокладками.

— Это будет смешно.

— Что именно?

— Что мужчина таких гигантских размеров, в костюме, будет покупать прокладки.

— Я рад, что могу развеселить тебя.

Особенно после вчерашнего дерьма.

И я всё ещё взбешён, когда думая, что она будет рисовать для кого-то. Но ещё больше я взбешён от того, что она настодько расстроилась, что сбежала от меня под предлогом встречи с отцом.

— Я подожду с папой, — говорит она, явно намекая на то, что мне нужно побыстрее уйти.

Но я не могу, блядь, ёбаный в рот, сука. Просто не могу от неё оторваться. Я хочу повесить её на стену и трахать всю последующую ночь, снова пачкая свой член её кровью, но теперь уже не девственной.

Мои губы кусают её шею, пока она хрипит и проглатывает стоны.

— Мне кажется, ты так никогда не уйдёшь.

— Не искушай меня, Полина.

— Чем я тебя искушаю?

— Собой. Каждым своим взглядом. Каждым прикосновений.

— Тогда мне лучше просто не попадаться тебе на глаза.

— Тогда мне лучше сдохнуть.

Она пытается встать, когда я удерживаю её. И в какой-то момент я ослабляю хватку, позволяя ей высвободиться из сетей моих рук. Полина отходит на несколько шагов — видимо, она понимает, на какой грани я сейчас стою.

Хотя она абсолютно точне не понимает этого. Никто и никогда не поймёт этого. Не поймёт, каково это — жить одним желанием видеть её, касаться, целовать. Это как базовые потребности человека, они нужны, чтобы поддерживать жизнь. Мне нужна Полина для того, чтобы я мог жить.

С каждым днём эта потребность только возрастает.

Единственное важное, что есть в моей жизни.

И она везде. Она въелась мне под кожу. Она в моих мыслях. Она в моей постели. Она одурманила меня, сама даже не понимая, насколько всё серьёзно.

С трудом придя в себя, я бросаю на неё последний взгляд и выхожу из квартиры.

Мне хватает двух минут для того, чтобы выйти наружу.