Морской лорд

Ранульф де Жернон оценил легкой улыбкой мои слова и поинтересовался:

— Откуда ты родом?

— Из Киевской Руси, но предок мой был викингом, норманном Рюриком, — присочинил я, потому что уверен, что норманны считают настоящими воинами только норманнов, а поскольку являюсь сероглазым блондином, в эту версию нетрудно поверить.

— А как здесь оказался? — поинтересовался граф Честерский."

"— Жена умерла, дети выросли, князь мой ни с кем не воевал. Мне стало скучно. Решил поискать счастья на чужбине. Наверное, норманнские крови взыграли. Разделил феод между сыновьями и отправился с тремя своими рыцарями, старыми друзьями, на службу в Византию. Но корабль попал в шторм, и я один спасся, выплыл на берег неподалеку отсюда. Видимо, богу угодно, чтобы я искал счастье здесь, — закончил я полуправдивое сочинение и перекрестился на католический манер, чтобы произвести благоприятное впечатление на верующего человека.

Надеюсь, они не сильны в географии, не знают, что берег Чешира не совсем по пути.

— Большой был феод? — задал вопрос Вильгельм де Румар.

— Я должен был по зову князя прибыть с одиннадцатью рыцарями, — ответил я. — Если не ошибаюсь, по вашему это двенадцать маноров.

— Точно, — подтвердил лорд Болингброк.

В это время подошел слуга с кувшином из зеленого стекла, в котором было вино, и второй с бокалами из такого же стекла. Бокалы были в виде прямого рожка, без ножки или подставки, вместимостью грамм триста… Слуга с кувшином наполнял бокалы, которые держал второй. Один бокал с вином достался графу, второй — его брату Раулю и последний — мне.

— За то, чтобы бог не покидал нас в беде! — произнес тост граф Ранульф.

Вино было хорошее, напомнило мне испанский херес. Я отпил всего четверть, и увидел, что остальные выпили залпом. Как бы не обидеть! Я залпом допил остальное, что было кощунственно по отношению к такому прекрасному напитку.

— Хорошее вино, — похвалили я. Испании, наверное, еще нет, но Кастилия вроде бы должна быть. — Из Кастилии?

— Да, — ответил граф Честерский, удивленный моей осведомленностью.

— Часто пил его, когда служил в Византии, — объяснил я.

— Ты служил в Византии?! — удивился лорд Болингброк.

— Полтора года в гарнизоне города Херсона Боспорского. Это на северо-востоке Византии, на границе со степью. Командовал отрядом из трехсот катафрактов, воевал с кочевниками, — рассказал я.

— Хорошие они воины? — спросил граф Ранульф.

— Как сказать. Они избегают прямого столкновения. Подскакали, обстреляли из луков, а когда нападешь на них, рассыпаются в разные стороны, — ответил я.

Граф переглянулся с братом. Видимо, они слышали рассказы крестоносцев о подобной тактике турок и арабов.

— Да, сражаться с ними трудно, — произнес Ранульф де Жернон.