Морской Волк #07-09 - Врата Победы

Было сделано предупреждение, что в случае беспорядков люфтваффе нанесет по кораблям мощный удар – и похоже, это оказалось действенным, или было всего лишь затишье перед грозой?

Заканчивался первый день Сопротивления, как после это было записано в итальянском календаре.

Кольский залив, 25 февраля 1944 года

Экипажи эсминцев «Куйбышев» и «Урицкий» шутили:"

"– Нас надо с «моржихой» в один дивизион объединять. А что, третьим номером, вместо «Карла Либкнехта», который с сорок первого из ремонта выйти не может. Нет, к эскорту конвоев старые «новики» тоже, конечно, привлекают иногда.

Но заведено – как «моржиху» в море, так мы в сопровождение.

– Скажешь тоже, третьим! – сказал старшина-зенитчик, смотря на низкий силуэт, стелющийся в волнах. – Первая она у нас. Единственный подводный линкор, круче любого «Тирпица», весь их флот скушала, и еще давай!

– Николаич, а чего тогда мы ее сопровождаем? – спросил юнга, над которым старшина взял шефство уже полгода назад. По боевому расписанию, подносчик патронов к 37-миллиметровому автомату, ну а пока авианалета нет, можно и поболтать. А старший товарищ, которому едва за тридцатник, кажется дедом уже, которому и по отчеству не зазорно.

– Порядок такой. Чтобы уж точно никаких трудностей. Хотя бы там, где мы можем достать. И думаю, с ее размерами у берега трудно – в океан выведем, а там уж, фрицы, своему богу молитесь.

– Николаич, а правда, что там все орденоносцы в экипаже? – спросил юнга. – О чем ты с ними толковал в клубе позавчера, если не секрет?

– Правда, – сказал старшина первой статьи. – Врать не буду, но все, кого я видел при параде, и званием не ниже меня, и наград минимум по две. А разговаривали мы, вот не поверишь, об истории.

Я ж в Ленинградском университете учился, ты знаешь. После… не будем об этом. Только до сих пор понять не могу, отчего вдруг вытащили меня, и не в пехоту, а во флот, я же море раньше лишь с берега видел? А перед походом так вообще история была. Я в клуб забежал, книги в библиотеке поменять. А там подходят ко мне двое, первый аж кап-один, причем с самой «моржихи», видели ребята, как он с борта сходил; а второй вообще со звездами в петлицах, гэбэшный генерал, но он в стороне стоял, смотрел. И спрашивает меня кап-один: «Ты такой-то?» – и фамилию мою называет. Так точно, я! «Ну, так ты мне и нужен – ты ведь на историка учился? Вот, попали ко мне записи по этой части, мне заниматься недосуг, а тебе должно быть интересно. Возьми – если свидимся после, расскажешь, как на твой взгляд». И еще совет дал: «Как война кончится, демобилизуйся и учись. Историком будешь», – тут он на гэбэшного посмотрел, тот кивнул благожелательно. А тот, с «моржихи», меня еще «профессором» назвал, шутя. Вот и думай, что это было?

– А записи о чем? – спросил юнга.