Морской Волк #07-09 - Врата Победы

"

"За малейшее неповиновение русские сжигают населенные пункты вместе со всеми жителями, не исключая беременных женщин и грудных детей. Сразу после входа русских войск на оккупированных территориях появляется НКВД – беспощадные отряды смерти. Вначале пропадают люди, нелояльные к оккупантам, затем потенциально нелояльные, а потом те, на кого пришел донос или кто косо посмотрел на оккупанта – проще говоря, все подряд. Вас может застрелить пьяный русский солдат или офицер (а трезвыми они никогда не бывают), на вас может написать донос какой-то плохой человек, вы можете попасть под карательную акцию устрашения, оказаться родственником саботажника или просто не оказать должного почтения оккупанту.

Германская армия никогда не участвовала в карательных операциях, как и в уничтожении евреев. Германские солдаты не насиловали и не убивали русских женщин и детей. Миф про жестокую немецкую армию создан русской пропагандой для того, чтобы скрыть собственные преступления. Что до вынужденных карательных акций на востоке, то, как правило, этой грязной работой занимались подразделения, набранные из русских же – и если эти звери творили такое зло по отношению к своим соотечественникам, то представьте, как они поведут себя, войдя в Германию!

Русские умеют только захватывать.

Что-то создавать или строить какое-то будущее они не умеют, им это просто не интересно. Созидание не свойственно русскому характеру. От созидания они начинают хандрить и скучать. Русским нужен кураж. А настоящий кураж им дает только водка и война[68].

Капитан Юрий Смоленцев, Брюс. Северная Италия, 1 марта 1944 года

Ну что за народ эти итальянцы! Совершенно порядка не знают! И при всем этом – как на нас похожи!

Тогда, в Риме, в поезд мы погрузились нормально. В этот раз вагон – даже не плацкарт, а что-то похожее на нашу электричку, то есть все просматривается от двери до двери. Народу довольно много, места заняты почти все. Нас четверо, и святой отец пятый, с вещами проходим на свои, садимся. И я чувствую, что что-то не так!

В том мире, откуда мы сюда провалились (вот ведь, даже я уже не называю его «нашим»), был снят мультик «Ограбление по…»: по-американски, по-французски и, последняя часть, по-итальянски.

Где «Марио, ты решил ограбить банк» – и все на него уже оглядываются, все знают. Именно это мы почувствовали в вагоне – один лишь святой отец спокоен, будто так и должно быть.

– Не бойтесь, дети мои, – говорит он. – Здесь никто не замыслит против вас злое.