Наблюдатель

– И вы рассказали всё Карле Робертс?

– Не всё. Она всегда жаловалась на свою судьбу и нашла во мне терпеливого слушателя. Но однажды я пришла к ней домой. Я опять была в очках, и Карла спросила: «Слушай, почему ты всегда носишь солнечные очки?» День выдался пасмурный, дождливый. В таких случаях я обычно говорила о своих гиперчувствительных глазах, аллергии или конъюнктивите. Но на этот раз… я сама не знаю почему – просто сняла очки и ответила: «Вот почему!» Я выглядела не лучшим образом – правого глаза почти не видно, под левым фиолетовые разводы… Зрелище не для слабонервных.

– И как отреагировала Карла?

– Она была в шоке. Добрая Карла, которая до сих пор думала, что худшее, что муж может сделать с женой, – это закрутить роман с секретаршей и разорить семейный бизнес. Теперь она увидела, что бывает на свете. И была ошеломлена.

– Наверное, стала задавать вопросы? Посоветовала заявить на мужа в полицию?

– Она задавала вопросы, это так. Но я не открыла ей всей правды. Сказала только, что муж вспылил и пустил в ход кулаки. Она была в ужасе, что я могу сказать. Но через четверть часа вернулась к своим собственным проблемам – неверный муж, дочь, которой все равно, банкротство, одиночество… Такой была Карла. Хорошая женщина, но она видела только себя. Ни на секунду не могла отвлечься на кого-то другого. Наверное, она этого не пережила бы.

– И больше она вас об этом не расспрашивала? Может, предлагала помощь?

– Нет. С тех пор мы не виделись. Группа распалась, моя ситуация достигла пика. Теперь я боялась к кому-либо обратиться. Тем более не хотела видеть Карлу и слушать ее нытье."

"– К доктору Уэстли, насколько я понимаю, вы обратились раньше?

После того как Лайза объяснила ситуацию с Уэстли, Джон понял, почему ее ответ на вопрос, не держит ли она зла на Карлу Робертс и Энн Уэстли, прозвучал неуверенно. Нет, она не назвала бы это злобой или обидой. Но обе женщины, так или иначе, не оправдали ее доверия. Это Лайза хорошо осознавала.

– Ваш муж подозревал, что вне вашей семьи есть еще два человека, которые в курсе проблемы и могут представлять для него опасность?

Лайза задумалась:

– Я не говорила ему об этом. Конечно, он мог узнать сам…

– Каким образом?

– Понятия не имею, но вполне это допускаю. Он мог знать о них.

– Фамилия Уорд вам ни о чем не говорит? Джиллиан и Томас Уорд.

– Нет, к сожалению. Никогда о них не слышала.

После этого Джон Бёртон распрощался и снова обещал помочь. Интересно, как он собирался это сделать?

– Больше ничего не хотите сказать? – спросил он уже на пороге. И, когда Лайза ответила «нет», добавил: – Уверены? Вы рассказали мне все, что имеет отношение к этой истории?

– Да.