Наследие

Спешившись, король Дойчей, быстрыми шагами пошел ко мне и, несмотря на мои попытки его остановить, преклонил колено:

— Макс Са! — увидев Нату, Ганс вздрогнул, почтительно склонив голову: — На-та!

— Рада видеть, Ганс, в добром здравии, — заученно ответила Ната, чья голова была забита другими мыслями.

— Пойдем, Ганс, позавтракаем вместе, потом поговорим.

Завтрак затянулся. Ганс рассказывал, что мои люди в Регенсбурге давно адаптировались и владеют навыками не хуже Дойчей.

— Так больше года прошло, за это время пора освоиться, — не стал я удивляться его словам.

Язык Ганс заметно подтянул, встречались ошибки с глаголами и местоимениями, но уже можно общаться без услуг переводчиков. Я рассказал ему последние новости Макселя — про победу над «христоверами», про плавание в Моско. О существовании последнего Дойчи не знали. Мелькнула мысль — не поторопился ли рассказать про островное государство?.. В фюрлянде дела шли неплохо — Дойчей беспокоили северные племена, устраивавшие периодические нападения на заставы. Со слов Ганса, эти народы были крепкими.

Остановив взгляд на Санчо, поглощавшем еду, он нашел некоторое сходство дикарей с моим приемным сыном. Это становилось интересно — возможно, неандертальцы, предпочитавшие тундровые земли, стали спускаться южнее, где и наткнулись на Дойчей.

— Макс Са, Штатенгартен — маленький городок, в моем дворце в Регенсбурге Тебя ждут лучшие комнаты. Если не против, мы могли бы выехать в дорогу сразу после трапезы.

В Штатенгартене меня держало лишь одно — судьба моего сына, если только это не было обманом. Поколебавшись, попросил оставить нас втроем — меня, Нату и Ганса.

— Слушай, Ганс, такое дело, — я не знал, как деликатнее обозначить проблему.

Но помогла Ната, высказавшись прямо:

— В этом городке девушка родила сына Максу. Мы в этом не уверены, но девушка так говорит, и при этом она — племянница Штефа.

— Я знаю, — улыбнулся Ганс, — Штеф мне говорил. Только я не понимаю, почему ты не рад, Макс Са? Это же наследник фюрлянда родился.

Ната сообразила быстрее меня:

— А твои дети? Разве не им наследовать твой титул? — Она словно гипнотизировала короля Дойчей, ожидая его реакцию.

— У меня нет детей и не было. Хотя с женщинами встречался; видно, не будет их и потом, — вздохнул Ганс. — После моей смерти каждый знатный род захочет сесть на трон, но никто не посмеет оспаривать право сына Макса Са. Пока в Регенсбурге не знают про сына Макса Са, я просил Штефа держать это в секрете до твоего приезда. Решать Тебе, Макса Са: заберешь Ты ребенка к себе или оставишь его на мое воспитание. Если доверишь мне — я заберу его вместе с Труди во дворец, где он будет чувствовать себя в безопасности.