Наследие

Моя уверенность, что Элты не могли уйти далеко, основывалась еще и на том, что в нескольких днях пути начинались проливы, которые мы переходили по грудь в воде. Вряд ли племя рискнет преодолеть широкую водную гладь, не зная, что глубина небольшая. У них, в отличие, от меня не было карт, чтобы понимать, что это пролив.

До самого вечера продвигались вперед, стараясь держаться реки. Уже в сумерках приказал остановиться — река резко сворачивала на северо-восток. Искать дальше бесполезно — можно дойти до Балтийского моря прежде чем найдем Элтов.

Разведя костры, остановились на ночь, чтобы утром отправиться обратно.

«Недалеко люди, они смотрят на нас!» — ментальная фраза Санчо ударила в голову, вызвав у меня гримасу. Санчо никогда не отличался тактом — вот и сейчас «проорал» так, что даже я, уже привыкший к такому общению, скривился от боли.

«Что они делают» — «Просто смотрят на нас, — последовал ответ Санчо, — мне убить их?» — ""Не убивай"", — ответил неандертальцу.

Дикари, просто смотрящие на людей, расположившихся на ночь? Это что-то новое! Обычно дикари нападают сразу или просто убегают, если не уверены в своих силах. «Это Элты», — щелкнула мысль в моей голове.

— Богдан, Илс передайте воинам, чтобы не двигались с места. Не надо брать в руки оружие, даже если они увидят дикарей в темноте!

Дождавшись, что мои слова донесли до каждого, вышел в ярко освещенный круг между двумя кострами. Из темноты меня должно быть хорошо видно. Если это Элты, они дадут о себе знать.

— Ты их видишь? — спросил у Санчо, холодея от мысли, что мог ошибиться и представляю собой отличную освещенную мишень. Санчо мог «видеть» то, что он чувствовал; сколько ни старался, у меня так не получалось.

— Они там, они неопасные, — вынес свой вердикт неандерталец, принося мне облегчение своими словами. Прошла уже пару минут — изумленные Русы и Дойчи не могли понять моего поступка. Находясь в освещенном кругу, я медленно разворачивался на месте, разведя в сторону руки.

— Айя! — очень громко и отчетливо крикнул в темноту, уже теряя надежду. — Айя вернулся, — повторил, наблюдая на лицах воинов плохо скрываемое изумление. Потрескивал хворост, слышались звуки ночных хищников, где-то прокричала злобно птица. И среди этого, я отчетливо услышал, как из темноты прошелестело изумленное:

— Айя?

— Айя, — отозвался я, лихорадочно вспоминая имя вождя племени.

Вспомнив, снова прокричал в темноту три имени:

— Пиго, Сар, Зар!

— Айя, — уже радостно послышалось из темноты, а секунду спустя в круг света влетел дикарь, бросаясь на колени передо мной. Несмотря на мои предупреждения, Русы и Дойчи вскочили, выхватывая оружие.

— Оружие убрать! Убрать, я сказал, сукины дети! — проорал повторно, видя, что воины колеблются.