Наследие аристократки

– Я лишь хотела услышать правду, – тихо проговорила Валери, – какой бы она ни была. И вот что я узнала. Женщина, которая вышла замуж за итальянского графа и оставила драгоценности на хранение в банке – твоя сестра. Но не моя. Она – моя мать, – с нежностью сказала Валери, чувствуя слезы на глазах. – Маргерита забеременела в семнадцать лет от парня, которого полюбила. Они хотели пожениться, но родители им не разрешили. Твои отец с матерью отослали ее в приют и сказали, что ей следует отдать ребенка на усыновление. Они и слышать не хотели ни о чем другом, ведь в то время родить без мужа было страшным скандалом.

Винни смотрела на нее, широко открыв глаза. В ее взгляде был страх, слова сестры явно стали для нее шоком. Но она молчала, и Валери подумала: а что, если Винни все это время догадывалась, как обстоят дела на самом деле? Но тут она могла только гадать."

"– Все случилось в ноябре сорок первого, – продолжила Валери. – Две недели спустя японцы атаковали Перл-Харбор, и парня, который был моим отцом, забрали в армию. Он попал на войну и скоро погиб. После этого моя мама заявила, что никому меня не отдаст. Тогда отец с матерью – твои, а не мои, – снова подчеркнула Валери, – уехали в деревню и притворились, будто ждут ребенка.

В Нью-Йорк они вернулись в сентябре и привезли меня, сказав всем, что я их дочь. Они заставили Маргериту отдать им ребенка, а через какое-то время вообще выгнали из дома и, невзирая на войну, посадили на корабль, который плыл в Европу. Она могла погибнуть, но им было на это наплевать. Маргерита высадилась в Лиссабоне, а потом уехала в Лондон. Да, они забрали меня у матери, хотя я была для них ненавистным воспоминанием о ее позоре. Через год после того, как она уехала, они сказали, что Маргерита умерла. Так я навсегда лишилась мамы, а они – своей дочери. Это навсегда разбило ее сердце. Слава богу, в Лондоне Маргерита встретила человека, который полюбил ее по-настоящему. Фиона сказала, она пыталась вернуть меня, но мои дед и бабка боролись с ней всеми возможными способами, угрожали скандалом, и Маргерита в итоге сдалась. У нее больше не было детей, а у меня – мамы, которая бы любила меня по-настоящему. Ты считаешь своих родителей хорошими людьми, а я – нет. Они подло скрывали от меня правду и унесли ее с собой в могилу. А моя мама, твоя старшая сестра, в сорок один год потеряла мужа и оставшиеся пятьдесят лет жила в одиночестве. А ведь я могла бы разыскать ее, если бы знала, что она жива, и все это время, до самой ее смерти, мы могли бы жить вместе и любить друг друга. Твои родители забрали у тебя сестру, у меня – мать, а у Маргериты – единственного ребенка. – Валери перевела дыхание и продолжила чуть более спокойно: – Правда меня ошеломила, я не успела к ней привыкнуть. Не понимаю, что теперь делать.