Призрачная любовь (ЛП)

Мои колени все еще дрожат, когда я встречаюсь взглядом с Айзеком через всю комнату и наблюдаю, как он берет крошечный кусочек корочки пиццы со своей тарелки и отправляет в рот. Только на этом он не останавливается, удерживая мой пристальный взгляд и демонстративно облизывая пальцы.

— Мммм, это чертовски вкусно, — говорит он, а я делаю глоток вина.

— Не могу не согласиться, — говорит мой отец, откидываясь назад и потирая свой полный живот.

Срань господня.

Вино брызжет у меня из гребаного носа, украшая мамин обеденный стол, и я поспешно хватаю стопку салфеток и начинаю вытирать свой беспорядок, пока Айзек смеется про себя.

— Господи Иисусе, — раздраженно бормочет Остин, его белая рубашка теперь испачкана вином, и он пытается стряхнуть его остатки со своих рук, разбрызгивая вино по всей чертовой комнате. — Научись глотать.

Айзек давится смехом, и его лукавый взгляд встречается с моим.

— О, с этим у нее нет проблем, — говорит он себе под нос.

Черт возьми. Он не просто так это сказал.

— У тебя есть макеты фасада ресторана? — выпаливаю я, отчаянно пытаясь сменить тему разговора с моей способности глотать, пока Остин или мои родители не успели осмыслить сказанное.

— Вообще-то, да. Есть, — говорит Остин, когда я торопливо возвращаюсь на свое место, более чем счастливая продолжить разговор. — У меня есть несколько идей, которые я хочу тебе показать. Думаю, они тебе понравятся, но мне нужно твое честное мнение. Если на стене будет висеть твое имя, я хочу, чтобы оно было идеальным.

— Они у тебя с собой? — спрашиваю я. — Я была бы рада взглянуть на них после обеда.

— Стал бы я рисковать сбросить такую бомбу и не взять их с собой? Черт возьми, Аспен. Ты меня вообще знаешь?

Я закатываю глаза и доливаю себе вина, не останавливаясь, пока оно почти не переливается через край.

— Хорошая мысль, — бормочу я, и с этими словами мы возвращаемся к нашему обеду.

Мама и папа бомбардируют нас вопросами о жизни, выпытывая у Айзека все тонкости его клубного дерьма, а у меня — всякую ерунду, связанную с колледжем.

Час спустя обеденный стол чист, а беспорядок от моих неудавшихся спагетти с фрикадельками убран, но, черт возьми, у меня болит рука от того, что пришлось оттирать дно сковородки от фрикаделек.

На послеполуденном небе все еще ярко светит солнце, и я тащусь в свою комнату, надеясь, что не забыла оставить там симпатичное бикини, когда заходила туда в последний раз. Я закрываю за собой дверь, прежде чем порыться в своем старом шкафу и найти маленькое красное треугольное бикини. Оно старое и едва прикрывает меня, но оно справится со своей задачей. Кроме того, единственный человек, который будет смотреть, — это Айзек, а там нет ничего, в чем бы он не утопал долгими часами.