Коронованный череп

— А вот это мы и должны узнать, и пока не узнали, должна вам сказать, что мой отец будет скрываться и что господин Форд и я знаем, где он скрывается, — заявила мисс Тревик.

От таких слов госпожа Крент закашлялась:

— Почему же вы, не боясь, говорите мне об этом? Я ведь могу сообщить в полицию!

— Не думаю, — ответила Дерика, не сводя с нее пристального взгляда. — Вы никому нас не выдадите.

— Вы не сможете ничего мне сделать, — с отчаянием возразила та. — Вы не сможете заставить меня молчать.

— Я — нет, но есть другие люди, которые это смогут.

— И кто же это, мисс Тревик?

— Иосия Полуин.

В один миг кровь отхлынула от лица гостьи. Побледнев, как лилия, она застыла, переводя взгляд с Форда на Дерику и обратно. На лице ее было написано сильнейшее беспокойство. Тем не менее она попыталась защититься:

— Какое отношение имеет ко мне мистер Полуин?

— Может, вы сами нам это объясните? — прищурилась девушка.

— Не понимаю, о чем речь, — упрямо стояла на своем экономка.

— Тогда позвольте объяснить мне, — вмешался Форд, понимая, что его возлюбленная имела в виду. — Как мистер Полуин он, конечно, не имеет к вам отношения, зато под именем Самюэля Крента…

Женщина застыла, беспомощно размахивая руками.

— Что вы говорите… Почему вы говорите это?.. Как вы можете!.. Мой муж мертв… — беспомощно пролепетала она.

— Он жив под именем Иосии Полуина, — спокойно возразил Освальд.

— Это ложь!

— Это правда, и вы можете это доказать.

— С какой стати?

Юрист поднялся и, пожав плечами, убрал синий конверт в свой нагрудный карман.

— Тогда нам больше не о чем говорить, — вежливо сказал он.

— Конечно, не о чем! — воскликнула госпожа Крент.

— Нет, — спокойно возразил Форд. — Я отвезу его господину Граттону, и мы проверим его подлинность.

— Подлинность! — теперь лицо Марии зарделось. — Неужели вы думаете, что Полуин… Я имею в виду…

— Вы не зря о нем вспомнили, — проговорила Дерика, заметив оговорку гостьи. — Госпожа Крент, прежде чем вы покинете эту комнату, нам следовало бы расставить все точки над «Ь>.

Вздохнув, гостья плюхнулась на ближайший стул и неуклюже всплеснула руками.

— Не знаю, что и делать, — всхлипнула она. — С тех пор, как Боуринг умер, у нас одни неприятности.

— Нет, — строго сказал Освальд. — Если это подлинный документ, — он похлопал по своему нагрудному карману, — деньги и в самом деле перейдут к Моргану.

— И вы готовы отказаться от денег? — удивилась Мария. Ее маленькие поросячьи глазки широко открылись. Это было выше ее понимания.

— Да.