Коронованный череп

— Тогда скажите, когда в последний раз вы видели этого Полуина?

— Сегодня. Он приехал утром и сказал, что у господина Боуринга хранились какие-то документы, связанные с Южной Африкой. Я обещала поискать. Собственно, потому-то я и оказалась у стола, в ящике которого и обнаружила это завещание.

— Ага, — довольным голосом протянул господин Форд. — А заходил ли Иосия в ту комнату, где стоял стол, в ящике которого вы обнаружили это завещание?

— Нет, сэр. Я не позволила ему войти. Он лишь постоял у двери… Но почему вы об этом спрашиваете?

— Потому что подумал, что он мог подбросить это завещание.

— Господи, но зачем ему это делать? Если Полуин… Простите, но я буду называть его так: не желаю больше пачкать фамилию, которую ношу, связью с этим человеком, хоть она и досталась мне от него… Так вот, если бы у него было это завещание и он знал, что по нему все деньги отходят Моргану, а я назначаюсь управительницей, то непременно стал бы меня шантажировать и угрожать, что уничтожит бумагу, если я его не озолочу.

— О чем ты задумался, Освальд? — поинтересовалась мисс Тревик.

— Не могу отделаться от мысли, что Полуин приложил руку к этой находке.

— Вы хотите сказать, что это завещание — подделка? — охнула Мария.

— Именно! Я, конечно, не знаю подпись господина Боуринга, но…

— О, подпись выглядит вполне настоящей, — проговорила госпожа Крент, вытирая пот с лица. — Но я надеюсь, что завещание поддельное. Мне хватит тех двух тысяч в год, что вы мне обещали, плюс спокойная жизнь. Все лучше, чем иметь дело с Полуином!

— Что ж, — помолчав, подвел итог юрист, — я должен увидеть господина Граттона, который отлично знает почерк Боуринга.

— Эти двое, мужчина и женщина, раньше служили в доме, но оба уехали неделю назад, — сказала экономка. — Они поженились и покинули Грандж.

— Выглядит подозрительно, — хмыкнул Форд. — Скорее всего, Полуин причастен к их отъезду, — потом молодой адвокат неожиданно повернулся к госпоже Крент и посмотрел на нее в упор.

"— Господи, спаси и сохрани нас! — в ужасе воскликнула Мария. — Откуда же мне знать? Полуин способен на все. Но, должна сказать, мне показалось, что он не меньше других удивлен этим убийством.

— Вы уверены?

— Точно так же, как и в том, что я сижу здесь и жалею, что я не вдова! — искренне воскликнула женщина. — Я не злой человек, я всегда говорила: живи сам и давай жить другим.