Узы любви

Остается попробовать убедить его разумными доводами. Поэтому девушка высокомерно предложила:

— Я хотела бы нанять вас, сэр, и заплачу вам куда больше того, на что вы когда-либо сможете надеяться.

— Нанять меня? — непонимающе переспросил верзила.

— Да, чтобы охранять нас с сестрой. Вы кажетесь ловким парнем и наверняка сообразите, с какой стороны хлеб маслом намазан. Или вы всего лишь жалкий раб, обреченный вечно выполнять желания своего господина? — с намеренным пренебрежением осведомилась Милисент.

Мужчина дернулся, как от удара, и почти зарычал:

— Я свободный человек!

— В таком случае вы должны понимать свою выгоду, разве не так? — не отставала девушка.

 — Работа нетрудная, а деньги немалые.

Он явно заинтересовался предложением: это было заметно по заблестевшим глазам. Соблазн очень велик. Но тут он, должно быть, представил, что с ним сделают, если он поддастся этому соблазну, поскольку съежился и испуганно осмотрелся.

Не найдя ничего подозрительного, громила пришел в себя и, судя по злобной физиономии, преисполнился решимости осуществить свой злодейский умысел.

— Честь и преданность дороже любых денег, госпожа, — пояснил он, чтобы оправдать свой испуг.

— Ими сыт не будешь да и не разбогатеешь тоже, — возразила она.

— Мертвого хоть золотом осыпь, все равно толку не будет.

— Так и скажи, что трусишь. Боишься хозяина, — съязвила девушка.

Незнакомец злобно оскалился.

— Ничего, зато с радостью совершу то, зачем прислан, — прошипел он, многозначительно глядя на нее. Но прежде чем успел шагнуть к ней, припомнил: девушек две.

Милисент словно читала его мысли. Опять он никак не сообразит, кого пришел убивать. И пока будет думать, хотя бы одна из них успеет сбежать.

И ту, которая улизнет, он и посчитает своей несостоявшейся жертвой.

Она воспользовалась его колебаниями, чтобы спросить:

— Но кто послал тебя? Назови имя!

— Еще чего? — фыркнул он. — К чему вам знать?

— Мог бы прямо признаться, что тебе никто не подумал сказать правду! — презрительно бросила Милисент.

Он еще больше обозлился, и Милисент поняла, что времени осталось совсем немного. И едва он шагнул к ней, как она швырнула свечу ему в лицо. Правда, пламя успело погаснуть, но горячий воск обжег ему щеки.

Мужчина взвыл и закрылся руками. Воспользовавшись суматохой, она велела сестре немедленно уходить, а сама схватила одеяло и, наскоро прицелившись, набросила ему на голову. Приглушенное ругательство доказывало, что она попала в цель. К счастью, Джоан успела понять замысел сестры и, распахнув дверь, метнулась в коридор. При тусклом свете, лившемся оттуда, Милисент сумела разглядеть смутные очертания кровати и попыталась перепрыгнуть через нее, чтобы скрыться, пока негодяй не выпутается из одеяла.