Студент из прошлого тысячелетия

Мальгус тем временем вручает мне плывущую по воздуху чашку с кофе. Благодарно шепчу «спасибо» и не сбавляю хода. Настроение окружающих в какой-то мере передалось мне, поэтому шаги ускоряются сами собой.

— Кирилл связался со мной, — хмуро ответил Иван. — Я дал им координаты, они выдвинулись за мной с самого начала, но я опередил их. Сейчас они уже почти на месте, буквально на подступах, но твой бывший напарник догнал их.

— Они могут добраться до замка? — быстро уточняю я.

— Я сейчас, — Иван достаёт телефон, набирая номер.

Через пару секунд из трубки летят звуки взрывов, крики, а затем и голос Кирилла.

— Мы близко! Совсем близко! Будем через минуту… Нам пришлось сделать дугу, чтобы он не затронул посёлок… — прерывисто рычит парень. — Глава, готовьтесь к обороне!

— Что там происходит? — задаю я риторический вопрос.

Иван лишь поджимает губы, играя желваками. Иду в донжон, откуда сразу же замечаю стройно бегущую колонну оборотней. Над ними в утреннем полумраке летают трое паладинов, осыпая улепётывающих нелюдей огненными сгустками. Над благодатными местами, которые мне так нравились, даже отсюда слышится хриплое дыхание сотни разумных и смех паладинов.

Руки сами по себе сжимаются в кулаки.

— Мара, открыть ворота, — приказываю вампирше, и та прыгает с башни вниз, включая отлаженный надвратный механизм.

Створки ворот успешно открываются.

Наблюдаю, как куражатся паладины, а Иван бессильно скрипит зубами.

— Мальгус, дружок, пора делать кусь!

Много мата, один шах

Оборотни забегают за стену, некоторые задерживаются, чтобы помочь детям и женщинам.

Я наблюдаю за всем этим с высоты и медленно зверею. Это не просто работа, это нечто большее. Надзор сейчас, вероятнее всего, в своём праве, думаю у них всё учтено. Тем не менее, это не отменяет типичной человечности. Геноцид, другого слова на ум не приходит.

— Мальгус, дружок, нужна будет твоя помощь, — шепчу старому другу. — Я сейчас такие фокусы не потяну.

Сидящий на парапете котяра, как и я наблюдающий за зрелищем, равнодушно мяукает.

Паладины, что загоняют беззащитную дичь, лишь немного тормозят перед замком, наблюдая за смешными, по их мнению, гонками. Троица поднимается над стеной, с ухмылками рассматривая, как в панике мечутся маленькие фигурки. Кто-то бежит к кузне, кто-то к замку, но хвостатые не успевают, даже при всей их нечеловеческой скорости.

Паладины как один заносят руки, на кончиках пальцев каждого разгорается ревущее пламя.

Волна огня срывается вниз, угрожая залить весь внутренний двор и похоронить больше сотни волков.

События разворачиваются для меня так медленно, будто я погрузился в густой мёд. Время растягивается.