Любовь гика

Я села рядом и обняла его. Потерлась щекой об его ухо. Он приобнял меня за шею. Я прошептала:

– Ты отлично придумал, как чистить аквариум.

– Правда? – прошептал он со слезами в голосе.

Цыпа был очень чувствительным, этот маленький дурачок. Как же он не сумел почувствовать и понять? Чтобы понравиться мне, ему надо было всего лишь во мне нуждаться. Чтобы понравиться Арти, ему следовало умереть на месте.

Папа с Цыпой отбыли с почестями. Хорст отвез их в аэропорт, и мы все вышли проводить их. Я не помню, где мы тогда расположились, но точно не в Атлантик-Сити, потому что туда-то как раз и летели папа с Цыпой.

Они собирались пробыть там пять дней. Многовато, конечно, но папа хотел ввести Цыпу в игру медленно и деликатно. Цыпа ужасно обрадовался, узнав, что в отеле есть бассейн. Он мечтал научиться плавать, как Арти. Разумеется, Арти это польстило.

Вечером цирк закрылся спокойно и мирно, но когда следующим утром Лил пошла положить деньги в сейф, то обнаружила, что вся выручка за два предыдущих дня – около двадцати тысяч долларов – исчезла. Провода сигнализации были обрезаны, а сам сейф – взломан и раскурочен, словно арбуз, который со всей силы швырнули об пол.

Допотопная пластиковая бомба, сказал Хорст, причем кустарно сработанная.

На шестой день, рано утром, Хорст поехал в аэропорт встречать папу и Цыпу. В прошлый раз, когда папа вернулся домой из последней поездки, он выглядел ужасно. На сей раз напоминал ходячего мертвеца. Он обнял нас всех по очереди, что было не очень удобно, потому что он держал Цыпу на руках и не отпускал ни на секунду. Сам Цыпа был бледным и тихим. И он не улыбался.

Папа сел в свое любимое кресло и посадил Цыпу к себе на колени.

Мы разместились рядом, мама пошла к холодильнику, а Хорст раскурил трубку.

– Вид у вас у обоих совсем измочаленный, – заметила мама.

Папа задумчиво оглядел наши исполненные ожидания лица, и я испугалась, что он попросит нас выйти и будет говорить только с мамой и Хорстом. Его отвлек тихий стук кубиков льда. Мама подала ему высокий бокал с ее фирменным лимонадом.

– Ал, пусть Хорст расскажет про сейф, – произнесла она.

Хорст уже потянулся к трубке, чтобы вынуть ее изо рта, но папа вдруг промолвил:

– Лил, я должен рассказать тебе. Хорст, мне надо выговориться.

Я, черт возьми, даже не знаю, что думать.

Хорст взмахнул трубкой, а мама заломила руки, разволновавшись.

– Ты заболел? Что случилось?

– Я едва не потерял Цыпу, – жестко проговорил папа. – Вот что случилось. – Цыпа тихо всхлипнул, и папа погладил его по голове. – Нет, я никогда тебя не потеряю, малыш. Все хорошо.

Я покосилась на Арти, но он, не отрываясь, смотрел на папу и ничего не заметил.

Папа рассказывал долго. Было ясно, что эта история еще не оформилась у него в голове в связанный рассказ.