Ошибка «2012». Мизер вчерную

Увидели в одном из парков чешские аттракционы, соблазнились «Пещерой ужасов», встали в довольно длинную очередь… На фанерных стенах павильона были нарисованы скелеты, призраки и восставшие мертвецы, тащившие под мышками собственные усатые головы. Супруга даже усомнилась, будет ли Алёнка ночью спать после такого аттракциона, но папа с дочкой упёрлись — хотим! Обозревать «Пещеру ужасов» предстояло с небольшой тележки, бежавшей по рельсам. Одна за другой тележки укатывались за непроницаемый занавес и, с минуту попетляв внутри, выкатывались наружу. Звонов, помнится, обратил внимание на странное выражение лиц граждан, покидавших сиденья.

Пока он прикидывал про себя, соответствовали ли они удару пыльным мешком, или тут было что-то другое, настала их очередь. Подкатила тележка, и супруга изготовилась рукой закрывать Алёнке глаза.

…А минуту спустя они вставали с деревянных сидений, вероятно с точно такими же физиономиями, как и люди до них. Нырнув в сумрак, тележка выписала синусоиду по тёмному коридору, десяток раз шарахнувшись от слабо светившихся силуэтов, весьма примитивно — это было заметно даже в движении — намалёванных на картоне выдохшейся флуоресцентной краской.

«И ради этого я сорок минут в очереди стоял, да ещё и деньги платил?..»

Ах, милые мошенники из чешского луна-парка, вот бы все на свете ужасы нас так же разочаровывали!..

Чем дальше Звонов, Сипягин и Козодоев уходили по пустынному коридору, тем сильнее убеждались: эпидемия накрыла отдел по полной программе. Чавканье раздавалось повсюду. И у главного по общественной безопасности, и у предводителя участковых уполномоченных, и у шефа криминальной полиции, и у начальника штаба…

Они почти добрались до лестничной клетки, как справа растворилась дверь и из кабинета выскочил, как из засады, отличник милиции капитан Синцов.

Мутные глаза смотрели на троих бывших коллег даже не со злобой, а… как на долгожданную и лакомую закуску.

К его удивлению, «ветчина» вздумала сопротивляться. Первым надавил на спуск Веня Сипягин, за ним навскидку выстрелил Козодоев. Звонов на сей раз отреагировал последним, да ещё и промазал, однако двух пуль в голову оказалось достаточно. Синцов — или тот, кого раньше так называли, — раскинул руки и опрокинулся навзничь.

Вместо правого глаза на его лице разверзлась дыра, левый, страшный, широко открытый, незряче уставился в потолок.

— Господи! — Звонов запоздало перекрестился.

Зрачок уцелевшего глаза начал меняться, становясь узким, вертикальным, словно у кошки или змеи…

— Эпидемия, — почему-то шёпотом отозвался Сипягин.

— Интересно, почему нас не затронуло? — хмуро поинтересовался Козодоев. — Как оно передаётся? Воздушно-капельным или как?..

«Хорошо бы продезинфицировать.