\

Тем временем из челнока показались маленькие фигурки, которые я периферическим зрением принял сначала за каких-то домашних животных. Всё моё внимание занимали подлетающие аэрахи, и поэтому за упавшим аппаратом я наблюдал лишь краем глаза.

Но теперь обернулся на несколько секунд, чтобы разглядеть получше странные фигуры, и понял, что это дети. То ли эвакуировали детский сад, то ли просто многодетную семью, но детей было много. Больше десятка. С ними две женщины, одетые в гражданскую одежду, но приспособленную для тяжёлых условий.

У одной из женщин под застёгнутой наглухо курткой угадывался явный животик. Значит, точно многодетная семья.

Вторая женщина быстро преодолела строй малышей, встала во главе и махнула рукой, призывая идти за собой. И эта странная процессия двинулась в путь, не дожидаясь, пока их атакуют новые особи.

Четверо военных заняли места по обе стороны от цепочки детей и шли спиной вперёд, выцеливая приземляющихся аэрахов.

Остальные уже стреляли. Вот только, в отличие от той, что упала, подлетающие паучихи были во всеоружии, и броня их функционировала на все сто процентов.

И всё равно, одну из трёх планирующих к месту аварии особей удалось подстрелить. Военные использовали масштабирование и уменьшили снаряд до размера иглы, что позволило преодолеть защиту и пронзить головогрудь нападающей.

Она взревела и тяжело упала на грунт цвета ржавеющего металла. Её лапы забили по поверхности, на которую лилась светло-зелёная кровь.

Я не испытывал от этого радости, как и от того, что оставшиеся две особи один за другим убивали военных, пытающихся защитить отходящих к космопорту детей и женщин.

Мне хотелось всё это остановить, прекратить. К сожалению, у меня не было тела и его голосовых связок, чтобы крикнуть тем и другим, чтобы перестали убивать друг друга. Я вырос на планете, где аэрахи и люди вполне мирно существовали между собой. Да, конечно, в какой-то момент весь мой род оказался вырезан ими, но это уже совсем другая история.

Две оставшиеся паучихи наступали на отстреливающихся военных. Их оставалось всего трое. Но вот несколько прицельных выстрелов со спины, и остался лишь один из той группы, что заняла позицию возле дымящегося челнока. И тот, что ещё дышал, был ранен в ногу и в руку.

Одна из особей подскочила к нему и отрезала жвалами голову. Та покатилась по каменистому грунту и ударилась в лежащую на земле паучиху без лапы. Красная кровь смешалась со светло-зелёной.

Теперь некому было остановить двух воительниц, которые двинулись за бегущими по ржавому полю детьми и сопровождающими их женщинами и военными. Последние отстреливались, но на ходу это было очень неэффективно. Все снаряды летели мимо, либо аэрахи виртуозно уворачивались от них.