\

Такое бывает, когда вдруг находится кто-то, кто снимает с тебя часть ответственности и помогает вдохнуть полной грудью. Причём, вместе с этим, как правило, уходит и чувство, что ничего уже нельзя исправить.

— Другое дело, что дырки в лёгких я умею слышать, а вот лечить — нет. Сейчас самое главное — понимать, ищут ли нас, или нет. И, если второе, то как дать сигнал бедствия? Счёт-то на самом деле идёт на минуты, — императрица говорила спокойно, чтобы не вызвать очередной приступ паники у принцессы, но чётко, чтобы было конкретное понимание того, с чем они столкнулись.

— А, да! — спохватилась Варвара, дёрнулась и ударилась головой о торчащую бронепластину. — Я же Никите дозвонилась с самого начала, пока связь ещё была!

— Державину? — Елизавета Фёдоровна не спрашивала, скорее, заполняла словами тишину. — И как давно это было?

— Я не знаю, — принцесса покачала головой, затем спохватилась и достала телефон. — Двадцать пять минут назад, — ответила она, сверившись с журналом звонков.

— Если они начали действовать сразу, — задумчиво проговорила императрица. — Так… мы проехали совсем немного. Значит, сейчас мы в районе Невы или чуть дальше. Вопрос в том, насколько сильно завалило тоннель за нами.

Варвара всё это время смотрела на мать с какой-то детской надеждой, что та, вычислив их координаты, выдаст что-то подобное: «Нас освободят через десять минут». Но, к сожалению, это было не так.

— Одним словом, — сказала императрица, подняв на Варвару глаза, в которых искрилось материнское тепло, — вот и посмотрим, насколько хорош твой Никита. Если он вытащит нас отсюда живыми, обещаю, это будет мой любимый зять.

— А если нет, — всё ещё улыбаясь, всхлипнула принцесса. — А если нет, то зачем нам такой зять нужен, да? Сама подумай.

И обе рассмеялись, но быстро затихли.

Где-то в отдалении журчал ручеёк воды, наполняя вагон. Но он не мог проникнуть сквозь барьер, выставленный Елизаветой Фёдоровной.

— Всё будет хорошо, — сказала она, чтобы нарушить тишину. — Он, наверняка, уже донёс информацию до всех, до кого нужно, и нас ищут прямо в этот самый момент.

— Очень на это надеюсь, — ответила Варвара, снова бросила быстрый взгляд на отца и на этот раз не заметила, чтобы его одежда колыхалась от дыхания.

Она закрыла лицо руками, глубоко вдохнула и задержала дыхание, стараясь сосредоточиться, как учила её Хунь Ли. Выходило не очень хорошо, но паническое состояние всё-таки потихоньку отступало, позволяя мыслить ясно.

Во вновь повисшей тишине что-то было не так.

— Слышишь? — спросила императрица, замерев в одном положении.

— Нет, — честно призналась Варвара, только-только выдохнув. — А что я должна была услышать?

— Прислушайся.

Принцесса последовала совету матери, но слышала только биение собственного сердца и ток крови.