\

— Я знаю, что справлюсь. Дело-то совсем не в этом, — я пытался сформулировать то, что доставляло мне неудобство. — Тут, понимаешь ли, совершенно иное. Я вторгаюсь в совершенно чужой мир. Даже Арана там будет чужой, потому что слишком долго прожила с людьми и частично переняла их привычки.

— Не совсем понимаю тебя, — проговорила на это Варвара, а её нежные пальцы скользили по моим волосам. — Объясни, пожалуйста.

— Ну вот представь, что ты победила муравьиную королеву и теперь тебе надо отправиться в муравейник и занять её место, — проговорил я и поразился тому, какое точное сравнение пришло мне на ум. — А ты даже не понимаешь за что взяться, потому что там всё совершенно другое.

— Бр-р, — сказала на это Варвара. — Не очень-то мне хочется быть муравьиной королевой.

— Как и мне, — ответил я, закрывая глаза. — Как и мне.

* * *Друзья, конечно, сильно протестовали против того, что я не беру их с собой."

"— Это просто возмутительно, — проговорил Кропоткин, обращаясь больше к другим собравшимся, нежели ко мне. — Он сейчас прибудет на эту самую Хелицеру и заберёт все сокровища себе, а мы с вами, друзья, опять останемся у разбитого корыта.

Я развёл руками, показывая, что им всё равно не на что рассчитывать. Никакие уговоры на меня не подействуют.

— Но почему же, друг мой, — спросил меня Олег Чернышёв, не выпускавший из рук ладони Катерины Громовой. — А вдруг тебе понадобится помощь, а нас рядом не будет? Ты вспомни, все проблемы и трудности мы решали сообща, а тут ты решил отказаться от наших услуг.

Но я уже прочно оседлал сравнение, которое пришло ко мне сегодня ночью.

— Если хотите себе проблем на пятую точку, — ответил я, совершенно не тронутый этой речью, — то сходите в лес и сядьте на муравейник. Если нужны гарантированные впечатления, намажьте себе задницу мёдом.

— Бр-р, — сказала на это Катерина точно также, как это сделала ночью Варвара. — Не хочу я садиться на муравейник. Это не гигиенично.

— Вот же ж, — ответил я и обернулся к остальным.

— Ну я-то прибуду, если надо будет, — проговорил Магнус, надевая шляпу. — Даже могу кое-кого позвать, если он не сильно занят с Лаки, или кто у него там сейчас в фаворе? — я всё равно не понял, о ком он, но сделал вид, что это и не важно. — А так не полечу. Большое скопление аэрахов может быть агрессивным, и ты просто ничего не успеешь сделать.

— Слушай, — я был благодарен ему за его слова. — Объясни это вот этим балбесам, которые на меня обижаются.

— Ну нет, — усмехнулся Магнус. — Это ты у нас император всего и вся, вот сам и объясняй.

— Понятно, — я махнул на него рукой. — Никакой от тебя помощи.

— Пока, — подошла Катерина и чмокнула меня в щёку. — На самом деле я так тебе благодарна. Я же обязана тебе жизнью. Несколько раз, между прочим.