\

— Точно, — прорычал кентавр и снова стукнул копытами, но не приблизился, — он посланник аэрахов! Давайте его убьём!

— Делать нам нечего, — ответила на это русалка. — Нас завтра и самих на уху пустят, поэтому пусть со всеми остальными мучается. Тем более, он так сладко поёт. Было бы всё это правдой, я бы первая поплыла за ним.

— Ну, как знаете, — сказал я, понимая, что мне пора идти, так как нечего тут больше делать. — Сотрудничество — дело сугубо добровольное. Но прошу помнить, что, кто раньше встал, того и тапки, — и тут я понял, что могу изъясняться не совсем понятно. — Если быть точнее, то количество мест ограничено. Те, кто не поленится, получит больше возможностей, чем недоверчивые пессимисты. Не проспите свою удачу.

— Посмотрим, как ты завтра запоёшь, когда тебя казнить поведут, — возразил мне жук, разговаривающий едва внятным стрёкотом.

— Нет, дорогие мои, с меня хватит на сегодня общения, — улыбнулся я и помахал всем рукой. — Доброй и плодотворной ночи, был рад познакомиться. Увидимся через пару дней на конгрессе общин.

— И куда ты собрался? — поинтересовался кентавр, кажется, впервые по-настоящему заинтересовавшийся моей персоной. — Это тюрьма, отсюда не сбежишь.

— Я и не собираюсь бежать, — пожав плечами, я легко забрался по отвесной стене. Крючочки в пальцах всегда находили за что уцепиться и несли моё тело наверх, к открытому пространству. Защитное поле из плазмы аэрахов пропустило меня без проблем, признав за своего. — Счастливо оставаться, — бросил я напоследок и помахал рукой.

* * *Мне пришлось жёстко ограничить круг приглашённых на коронацию с моей стороны. Я не просто опасался, я ждал и знал, что на церемонии будут провокации и покушения. Именно поэтому народу было совсем мало.

Вместе с Араной прибыл Радгар, который сказал, что ему плевать, убьют его, или нет, но он должен видеть, как сын становится Примархом.

Примерно тоже самое сказал и дед Державин, прибывший с Магнусом и Штопором. Только он сказал: мне всё равно скоро помирать, уж лучше так. Штопор вообще находился в растроганных чувствах, потому что последние несколько дней был не со мной, а с девушкой-аэрашкой.

Ну и Магнус, конечно.

— Ну и наплели вы тут, — сказал он, едва появившись на Хелицере. — Хоть торговлю оорганизовывай.

— Аэрахи не очень понимают, зачем нужно торговать, когда можно всё просто захватить ценой нескольких тысяч жизней, — я пожал не это плечами, а затем обнял друга.

— Но ты постараешься это исправить? — он приподнял бровь. — Я надеюсь.

— Да я тоже надеюсь, — ответил я и недобро усмехнулся. — Вопрос только: какой кровью?

— Ну, знаешь ли, — проговорил на это маг. — Вот в одном мире был такой царь — Иван Грозный.