\

Одно время многие немецких тракторов понабрали, и где они теперь? Все поломаны и ржавеют мертвым грузом. А лошадка никогда не подведет.

— Тут вы правы, — соглашаюсь сдержанно.

— Легковое авто, правда, было дело, купил, — откровенничает барин-сосед, — Так и то, сломалась зараза. А кому ее чинить? В нашем захолустье ремонта не дождешься.

— Так может уступите мне свое авто? — прощупываю почву, — Хоть какой-то прибыток с куска железа.

— А почему нет? Уступлю. По символической цене уступлю.

Чувствую себя Чичиковым. Только вместо мертвых душ буду скупать «мертвые машины». А что, у нас в девяностые на скупке старого автопарка люди состояния делали. Мысленно потираю руки и прощаюсь с соседом, пообещав вскоре вернуться… как тот Карлсон.

Загружаемся в грузовик. Комаринский выглядит довольным.

— Я смотрю, граф, вы тоже между делом свой профит получили?

— Вполне возможно. Подумываю выкупить у соседа старую машину.

— Тогда предлагаю и дальше по рейдам вместе поездить. Не скрою, вы мне сегодня задачу сильно облегчили. Еще и макров наловили.

— А в других деревнях поломанная техника есть?

— Есть. У кого трактор, у кого легковушка. У кого и то и другое, — соблазняет меня подпоручик, — Соглашайтесь, граф, на взаимовыгодное сотрудничество.

— А почему нет… согласен.

— Вы не возражаете, граф, сначала в Семигорск заедем, а потом водитель вас в деревню доставит.

— Нисколько не возражаю. Я бы заодно на базар заглянул.

— Высадим у базара.

В Семигорске Комаринский велел водителю тормознуть и выпустил меня. Прокричал, уже отъезжая, в форточку, что через полчаса грузовик заберет меня на этом же месте. Я помахал ему во след и направился к базару, хотя… по моим меркам на базар он не тянет. Скорее на небольшой рынок.

Прошел по рядам, уточнил, где найти травника. Мне указали в конец ряда. Там действительно обнаружился прилавочек, заваленный травами, травками, цветками, листочками, пучками, мешочками. За прилавком имеется продавец. Вид у продавца странноватый. Ей богу, если бы мне предложили представить себе мысленно гоблина, косящего под человека, я бы так себе его и представил.

Маленький, щуплый, носатый, цвет лица ближе к серовато-зеленому. На голове глубокая объемистая кепка, скрывающая верхнюю часть ушей. Глазки бегающие, водянистые, колючие… одним словом, гоблин в человечьем обличье. Подключаю справку и начинаю догадываться, почему крот велел мне его искать: «иномирец, разумная сущность, травник 3:3»

Подхожу к «гоблинскому» прилавку:

— Скажите, а есть у вас снадобье от заметности? А то, знаете, не люблю привлекать досужее внимание…

— Такого снадобья у меня нет, — осторожно отвечает «гоблин», — Но есть снадобье взаимного расположения… когда все друг другом довольны.

— Такая замена меня вполне устроит.