\

— Извините, что вмешиваюсь не в свое дело, но мне показалось интересным… — человек замялся, явно испытывая неловкость.

Еще один желающий переделать легковушку в грузовик? Непохоже. Он не выглядит как барин. Скорее тянет на служащего.

— И что вас заинтересовало?"

"— Я так понял, вы переделываете легковые машины в грузовики…

— Можно сказать и так.

— А как вы во время переделки настраиваете развесовку по осям?

— По каким еще осям? — начинаю догадываться, что этот человек не просто служащий, а как-то связан с техникой.

— Между передней и задней осью. После переделки распределение нагрузок изменится.

— Говоря откровенно, никак не настраиваем. У нас для этого просто нет технической возможности. А вы в этом разбираетесь?

— Постольку-поскольку… я вообще-то инженер по гидравлическим насосам. Но приходится и механизмами заниматься.

— Вот это да. И откуда в Семигорске взяться целому инженеру?

— Моя фамилия Березников. Я на Клещова работаю. Вчера у нас на производстве случился негаданный прорыв на плоти… ну, одним словом, прорыв… и мне выпал в кои-то веки выходной. Пока там все не устранят, мне делать нечего.

— Вот как, — мое управленческое чутье вполне разборчиво шепчет, что таких людей так просто отпускать нельзя. Таких людей надо хватать и держать, — А в моторах понимаете?

— Довольно поверхностно, но принципы работы всех узлов понимаю, — отвечает инженер.

— А хотите прокатиться со мной до Лучково? Я покажу вам наше скромное производство. А вы, может быть, что-то посоветуете?

— А давайте… прокатимся… — соглашается инженер, — Честно говоря, знакомств в Семигорске я так и не завел. А гулять по городу надоело.

По пути в деревню инженер разговорился. Он явно соскучился по общению своего уровня. Я ему в двух словах описал обстоятельства своего переезда из Питера. Он в свою очередь поведал собственную историю. Что раньше работал в Оренбурге на очень приличной должности, но имел слабость к азартным играм. И что слабость эта привела ко вполне предсказуемому итогу: он попал в должники… и не к кому-нибудь, а к самому Афонасию Клещову. Березникову пришлось оставить должность, семью и отлаженный быт и ехать сюда, отрабатывать Клещову карточный долг.

— И долго вам еще работать на Клещова? — я уже начинаю продумывать вариант, как бы выкупить долги такого полезного человека.

— Все долги перед Клещовым я закрыл… год назад еще, — признается инженер.

— Хм. А почему не возвращаетесь в Оренбург… к семье?

— Никто меня там уже не ждет. Дочь выросла, вышла замуж. Жена… жена тоже не ждет. Я их не виню. Семь лет — срок немалый.

— Я все равно не понимаю. Что вас держит в этой глухомани? Интересная работа? Перспективы?

— Нет никаких перспектив. И ничего интересного нет.