\

— А ты все-таки попытайся.

— Ну хорошо. Я вышла на этого цеховика. Он в долгах у Клещова. Клещов держит его за горло.

— Пока ничего удивительного.

— Я выкупила долги того цеховика. Доволен? Папенька меня придушит, когда узнает, сколько денег я отвалила.

— О! А вот теперь удивила. Как тебе это удалось?

— Ну, этот цеховик оказался должен не только Клещову. Дела у него совсем неважно идут. Так что… я просто не оставила ему выбора.

— Любопытно, любопытно, — встаю из кресла и прохаживаюсь по комнате, — То есть ты выкупила половину оборудования?

— Я выкупила все оборудование. Оно теперь все мое. Кротовский, понимаешь, как я рискую? Оборудование сменило владельца, но продолжает лежать мертвым грузом.

— Мила, ты умница. Папенька обязательно тебя похвалит. Ты ведь все просчитала. Просто еще никогда не совершала таких крупных сделок.

— Это верно. Кротовский, ты обязан мне помочь. Мы припрем Чибисова к стене, я выкуплю его завод с потрохами.

— Ты еще спрашиваешь. Разумеется, помогу. Бери своих телохранителей. Поехали брать Чибисова за горло.

— Что прямо сейчас?

— А ты хочешь дождаться, когда папенька пришлет своих приказчиков, которые все за тебя сделают? Ну да, они все за тебя сделают. А папенька поставит управлять заводом какого-то более решительного человека. Тебе такие проекты пока не по плечу. Не тянешь ты пока такие проекты.

— Ох, и гад же ты, Кротовский.

— Гаджеты, гаджеты… давай собирайся. Пора показать твоему родителю, что ты взрослая девочка, и способна действовать решительно… у меня как раз грузовик во дворе под парами.

— Совсем обалдел… грузовик… у меня тут две шикарные машины.

Я оставил Милу одеваться, а сам сбегал во двор, предупредить Филиппыча, что ненадолго отъеду.

— Так и мне с вами? — спросил деда.

— Нет смысла, — отвечаю, — Хотите, в машине покемарьте. Хотите, с Анюткой в конторе посидите.

— Я лучше с Анюткой в конторе… покемарю…

Мы приехали к Чибисову на двух крутых тачках с пятеркой крутых магов. Уже в этом мы обставили Клещова. Тот ездит в морально отсталой карете, и магов у него всего трое.

— Я же сказал, Кротовский, — вид у Чибисова сегодня не только угрюмый, а еще и усталый, — Я же сказал, проката не будет. Только пруток.

— И что вам это даст? — задаю встречный вопрос, — Вы думаете, Клещов сжалится и не станет отбирать ваш завод?

— И об этом уже узнаете, — невесело усмехается заводчик, — Я не наивный дурачок, Кротовский. Клещов и жалость — вещи несовместимые.

— Тогда какой смысл упираться?

— Простой смысл, — вскидывается Чибисов, — Так у меня будет еще полгода. Понимаешь, Кротовский? Полгода он будет покупать пруток.

— И сколько вы надеетесь успеть на этом заработать? — делаю вид, что не заметил, как Чибисов начал мне «тыкать», — Тысяч десять? Пятнадцать?

Чибисов снова усмехается.