\

Охотникам осталось только достать макр… огромный и наверняка очень ценный макр. Однако мне отдали его с видимым облегчением. Понимаю, если б не было у них договора отдавать мне всю добычу, пришлось бы как-то решать, кому он достанется. Такие ценности нередко становятся причиной раздоров. А так все только рады. Отдали Кротовскому со спокойной душой, и спорить не о чем."

"— Скажи, охотник, — обратился ко мне старший ремесленник, когда я упрятал драгоценный трофей, — В той башне ты убил горбатого колдуна?

— Да.

— Его тела там нет, — расстроенно сообщил абориген.

— А что ты хотел? — влезла питонщица, — Кто же оставит сильного колдуна, даже мертвого? Он и мертвый представляет собой немалую ценность. Как минимум из него можно вырезать макр.

— Вы правы, — с сожалением согласился ремесленник, — Он и мертвый еще может послужить своему хозяину.

— Так… а вот с этого места поподробнее. Что ты там начал говорить про хозяина?

— Мне стыдно рассказывать об отступнике и предателе моего народа… но, видимо, придется.

— Уж будь так добр. Расскажи, — потребовала питонщица.

— Вот именно. Сколько можно использовать нас в темную? — поддержал другой охотник, — Рассказывай все как есть.

— Он считался великим местером, — начал рассказывать ремесленник, — Мы всегда ходили к нему за советом и помощью. Он познал многие тайны… горько признаваться в этом, но именно он обучил нас боевым заклятиям.

— Пока что я вижу только пользу от вашего мастера, — не согласилась питонщица, — Давай, жми дальше.

— Его эксперименты стали заходить слишком далеко. Он открыл порталы в иные миры.

— И в этом я пока не вижу ничего плохого.

— Но раньше наш мир был закрыт от чужаков.

— А вот это не факт, — безжалостно возразила питоншица, — Все миры рано или поздно раскрываются. По вселенной шарится очень-очень много исследователей. Кто-то когда-то но пробил бы портал в ваш мир.

— Вот и он говорил точно так же. И я был одним из тех, кто ему верил. Когда свама изгнала его, несколько ремесленников сохранили с ним связь.

— Ага. Ваша компашка — это и есть те самые «несколько ремесленников», — догадалась питонщица.

— Да. Мы оставались под его чарами.

— А вот тут согласна. Это уже и впрямь перебор, — покивала питонщица, и вместе с ней зачем-то покивал и питон.

— Я еще пытался отговаривать его… заставить одуматься. Только без толку. А однажды он притащил из другого мира ученика… он так его назвал.

— Это ты про горбатого?

— Да. Этот ученик имел совершенно извращенное понимание жизни.