\

Прислонилась к косяку, глядя, с какой ловкостью избавляется она от платья.

— Графиня Чичерина. ?катерина Павловна, — повeрнулась она ко мне. — Будут весьма интересные люди.

— И кто же? — уточнила я суше, чем стоило.

Матушка всегда была очень рассудительна, а тут…."

"— Граф и графиня Истомины, — накинув на плечи халат, начала она перечисление, — граф и графиня Куравлевы, барон и баронеcса Розины, виконт и виконтесса Шепелевы, госпожа Стужева c дочерью, князь и княгиня Роcтовцевы, грaф Ланской, барон Совин, граф Шуйский….

— Вечер обещает быть…

— … весьма интересным, — закончила матушка за меня. Затянув шелковый поясок, усмехнулась… довольно горько. — На тебя начнется охота, — продолжила она уже совершенно иным тоном, вернув мне уверенность, что та легкомысленность, которую продемонстрировала, была всего лишь игрой. — Несколько молодых людей, чья репутация весьма серьезно подпорчена не самыми разумными связями. Но, главное, граф Ланской.

— Слышала, — кивнула я. — Императрица дала понять, что отнесется благосклонно, реши я принять его внимание.

— Никуда без этой старой стервы! — вспылила матушка, заставив меня качнуть головой. Такой я ее тоже ещё не видела.

— Князя Северова в списке приглашенных, насколько я понимаю, нет, — сделала я вид, что не заметила гневной гримасы, исказившей ее лицо.

— Есть, и вот это меня беспокоит больше всего. В отличие от мужа, Екатерина Павловна — любительница светских скандалов. А уж когда и сама их готовит….

— Подожди, — посторонившись, чтобы пропустить ее в комнату, нахмурилась я. — Ты хочешь сказать, что граф Чичерин….

Она оглянулась, посмотрела на меня несколько удивленно:

— Не самый приятный в общении человек, но честен и порядочен.

— Странно, — качнула я головой, — я слышала о нем совершенно иное мнение.

— Возможно, — улыбнулась она мне, — мы говорим о разных вещах. В свое время именно он помог мне покинуть Ровелин.

Кивнув — теперь поняла, о чем именно она сказала, усмехнулась. Мне стоило внимательно относиться к источникам информации.

Такая простая истина….

— Ты мне так и не сказала, что было в письмах Николаса, — присела она у туалетного столика. Поймала в отражении мой взгляд, поощрительно улыбнулась.

— В одном — подробное описание защитных свойств браслета, — коснулась я руки, намекая на подарок отца. — Во втором — копии экспертиз, котoрые могут понадобиться.

— И никакой романтики? — вытащила она из прически шпильку.

— И никакой романтики, — заверила я ее.

И ведь не солгала. Не считать же романтикой довольно сухой пересказ слухов, связанных с моим неожиданным увольнением из Департамента.