\

Грязная и мерзкая камера снова встретила двух попаданцев. Обоих приковали к цепям и оставили в темноте.

— Вот урод! — процедил Валера, скрипя зубами и поглаживая отбитый при падении зад.

— Угу, — хмуро заметил Комаров, повесив голову вниз, — знаешь, похоже, дело действительно плохо. Уж не знаю на какое чудо нам теперь надеяться…

Вскоре тюремщик притащил им еды, потом забрал пустые чашки, после чего пленники улеглись спать. Настроение у них было ужасным. Казалось, что всё могло вот-вот решиться, однако судьба снова бросила их на самое дно. А ещё оба прекрасно догадывались о том, что ждёт их завтра. Ведь вердикт этого нелепого суда был очевиден.

Утром их снова разбудил тот мужик. Он бросил им тарелки с едой, забрал ведро с отходами и скрылся за дверью. Только и мелькнула его тень за узким окошком, через которое падал свет.

Попаданцы принялись за еду, но пища в них совсем не лезла. Чизман немного помучился и злобно отшвырнул чашку в сторону, расплескав всё содержимое.

Валера же просто отставил свою в сторону. Куда тут до еды, когда от волнения внутри всё скрутило.

— Неужели всё так закончится?! — наконец, устало протянул он.

— Жизнь, знаешь ли, бывает несправедлива, — хмуро отозвался его сокамерник, — так что чаще всего так всё и заканчивается.

— Но мы должны что-нибудь придумать! — взмолился парень.

— А что тут придумаешь? — хмуро хмыкнул тот, — мы сидим в камере, все скованные…. Это бесполезно! Да и времени у нас…

Договорить он не успел. Дверь распахнулась и внутрь ввалились рыцари. Хоть пленники и не сопротивлялись, им всё равно надавали по бокам дубинкой, а потом вытащили наружу. Рты несчастным сразу же завязали, чтобы не беспокоили важных особ и не мешали им принимать ответственное решение."

"Снова этот зал, снова клетка. Валера взглянул на чистое голубое небо, что виднелось сквозь окна тронного зала. Как же ему хотелось туда, на свободу….

Хлопнула решётка, стражники разошлись по сторонам, готовые в любой момент врезать пленникам по рёбрам. Но те, безвольно грохнулись на пол, повесив головы.

Краем глаза парень видел, как Божий Посланник гордо устроился на своём месте. При его туше-то, под ним, наверное, какой-то особый стул или вообще табуретка… А ещё, ему, похоже, было совсем плевать на своих собратьев по миру. Он даже не смотрел в их сторону.

— Давайте уже начнём! — взмолился король Ричард Первый, озираясь по сторонам, — иначе наши преступники умрут от старости!

— Хорошо, начинаем наше заседание! — объявил Генрих Лирский, хлопнув ладонью по столешнице, — как вы все помните, вчерашнее собрание закончилось весьма бурным спором….