Случайная жена ректора, или Алхимическая лавка попаданки

— Уважаемый саэр, стражу позвать всегда можно, но вы уверены, что девочка виновна? Может она просто в лавку зашла посмотреть на украшения?

— Если я поймал ее за тем, как она берет кольцо с витрины, значит, уверен! Еще и испортила его мерзавка!

Кольцо и впрямь выглядело неприглядно: погнутое, словно на него наступили каблуком или слишком сильно сжали в кулаке. Девочка оправдываться тоже не стала, только еще ниже опустила голову.

— Эй, горе-воришка, ты прям с крупных козырей заходишь, — хмыкнула я, не находя больше слов для оправданий. — Тебе родители не говорили, что чужое брать не хорошо?

«Это — мое!» — снова прозвучало в голове.

Да что ж ты будешь делать⁈

— Хм… кажется, она думает, что это ее кольцо, — озвучила я вслух под удивленным взглядом ювелира. — Эй, как тебя зовут, мелкая разбойница?

— Хани… Хани Поттер. — едва слышно пробормотала она, опустив голову

«Медок»… Подходит рыжей этой имечко. Волосы — как гречишный мед — темно-рыжие, красивые.

— Хани, так почему ты решила, что оно твое?

— Это мамино колечко, — вдруг шмыгнула носом девочка и вытерла рукавом нос. — Последнее.

— Дядька сдал, — объяснила мелкая воровка. — Мамка как померла, я с ним живу. А он пьет. Все мамины вещи уже продал. Последнее колечко было.

Вот так новость. Хорош опекун у мелкой, ничего не скажешь. И всем я так понимаю плевать с высокой башни. Времена такие.

— Ну так ломбард тут у меня, — развел руками ювелир. — Всякое приносят.

— А если ворованное принесут, тоже возьмете?

— Скупкой краденого не занимаюсь, — гордо оповестил меня мастер. — Да и ее дядьку каждая собака в городе знает. Принес — значит его.

— А она говорит, что мамино.

— Маменька ее уже как год на тот свет отправилась, — фыркнул мужчина, — а дядька эту приживалку кормит. И вообще мне-то что? Я за него честно заплатил.

— Что ж… Я же могу это кольцо у вас выкупить? — решилась я. Простенький серебряный ободок вряд ли должен стоить дорого.

Я вытащила из кармана завернутые в мягкую ткань золотую монету и бусину серебра. И едва не рухнула под восторженной радостной надеждой, которая исходила от девочки.

Эй-эй, не надо так активно радоваться! А то я тут помру от головной боли раньше, чем улажу эту проблему.

— Вот золото после аффинажа ваших отходов, — я передала мастеру Бигси свое добро. — А вот это чистое серебро. В среднем кольце пять грамм серебра. Здесь шесть. Как раз «на потерю веса».

Ювелир задумчиво уставился на серебряную бусину. Отнес все на свои весы и внимательно взвесил несколько раз Не менее тщательно опробовал на зуб и осмотрел специальной линзой со странным радужным камнем. Удовлетворенно кивнул и…И я вдруг почувствовала, как меня начинает штормить от чужой злости.