Бессердечный повеса

– Именно это, по словам леди Бервик, от меня и требовалось. Но он был таким тяжёлым и грубым, Тео рассердился, потому что я не знала, что делать. Я начала протестовать, и он попытался меня усмирить. Он зажал мне рукой рот, и тогда я потеряла контроль. Я не могла ничего с собой поделать. Я дралась и пиналась, и вдруг он отстранился и согнулся пополам. Я сказала, что от него несёт как от навозной кучи, и не хочу, чтобы он меня трогал. – Помедлив, она с опаской посмотрела на Девона, ожидая неодобрения или насмешки. Но выражение его лица оставалось непроницаемым.

– Я выбежала из комнаты, – продолжила Кэтлин, – и провела остаток ночи на диване в комнате Хелен. Она проявила доброту и не задавала вопросов, а на следующее утро помогла починить разорванные кружева на рубашке прежде, чем заметят горничные. На следующий день Тео злился, но потом признал, что ему не следовало так много пить. Он попросил меня попробовать ещё раз. И я... – она с трудом сглотнула, сгорая от стыда, и призналась: – Я не приняла извинений, сказала, что больше не буду делить с ним постель, ни этой ночью, ни любой другой.

– Правильно, – сказал Девон тоном, который она никогда не слышала прежде. Он смотрел в сторону, будто не хотел, чтобы она видела выражение его глаз, но его профиль был суровым.

– Нет, я поступила ужасно. Когда я пошла к леди Бервик и спросила, что мне делать, она сказала, что жена должна терпеть притязания мужа, даже когда он пьян, и это всегда неприятно, но такова природа брачного соглашения. Жена отдаёт свою независимость в обмен на защиту мужа.

– Разве муж не должен защищать жену от самого себя, если потребуется?

В ответ Кэтлин нахмурилась и проговорила:

– Я не знаю.

– Девон молча ждал продолжения. – В течение следующих двух дней, – сказала она, – все гости разъехались. А я так и не смогла заставить себя лечь с ним в постель. Тео обижался и злился, требовал исполнения супружеского долга, но при этом продолжал пить, и тогда я сказала, что не хочу иметь с ним ничего общего, пока он не протрезвеет. Мы жутко поругались. Он сказал, что никогда бы не женился на мне, если бы знал, что я фригидна. На третье утро, он уехал верхом на Асаде и. .. остальное ты знаешь.

Рука Девона скользнула под подол её ночной рубашки, и начала неспешно поглаживать обнажённое бедро. Его тёплый, заинтересованный взгляд был устремлён на Кэтлин.

– Хочешь расскажу, чтобы сделал я, – в конце концов спросил он, – если бы совершил ту же ошибку, что и Тео? – Она осторожно кивнула, и Девон продолжил: – Я бы на коленях умолял тебя о прощении и поклялся бы, что никогда не позволю этому случиться снова. Я бы понял, что ты была сердита и напугана не без оснований.