Из глубины

 – Не утверждаю, но вероятность таких встреч далеко не нулевая, надо быть готовыми ко всему. Сдаётся мне, мы случайно установили АГС «Утёс» не в то время и не в том месте.

– Что вы имеете в виду?

– Мы затронули какой-то схрон подводной цивилизации, и к чему это приведёт, я не знаю.

Евтюх обратил взор ястребиных глаз на главкома ВМФ.

– Сергей Сергеевич, обо всём, что будет происходить в Тихом, докладывать мне незамедлительно. И я настоятельно рекомендую отправить туда не одну, а две субмарины.

– Сделаем, Петрян Павлович, – пообещал Сурмянов.

Расспросы Лобанова об Инге Вершининой разбередили душу, и Вербов уснул далеко не сразу, несмотря на общую усталость после длительного перелёта, ночного десантирования и возни с грузом. Но утром он проснулся бодрым, будто после отдыха на природе, и первым делом поговорил с капитаном Брайдером о встрече с неизвестным текучим «ихтиозавром», сопровождавшим «Десну» ночью.

– Уточнили, что это такое? – закончил он беседу, прислушиваясь к будничным переговорам офицеров дежурной смены в центральном посту.

– Нет, – с неохотой ответил капитан, не меняя выражения лица; он был очень сдержанным человеком. – Попытались нарисовать объект, пользуясь записями сонаров, эхолотов и радаров. Показали Герасимову. Он сказал, что многие свидетели встреч с аномалиями в океане тоже описывали объект как подводное чудовище наподобие ихтиозавра. Но этот был уж очень большой.

Брайдер занял свой командирский ложемент. Экран перед ним из серо-жемчужного стал чёрным, в его глубине выплыло необычной формы чешуйчатое щупальце, прочерченное белыми линиями. У него был утолщённый передний конец с выростами, напоминающими рога океанской манты, и метельчатый хвост.

– Водоросль, – хмыкнул Вербов.

– Длина пятьсот метров, ширина в самой широкой части около шестидесяти, толщина больше тридцати.

– На ихтиозавра этот монстр не похож.

– Он и в самом деле может выглядеть иначе, синтезированы не визуальные отражения, а звуковые и микроволновые.

– Что это, по-вашему?

– Поинтересуйтесь у Герасимова и Шпачкова, они более свободны в интерпретациях подобных явлений.

– Больше «ихтиозавр» не появлялся?

Брайдер покосился на приборную панель.

– Прошли семьсот километров, осталось две с половиной тысячи.

– Позовите, если снова обнаружится какая-нибудь ненормальность.

Вербов вернулся к себе, и через минуту к нему заявился Лобанов, словно ждал именно этого момента.

– Доброе утро. Завтракать идёшь?

Денис заколебался, так как собирался поговорить с начальником исследовательской группы, потом махнул рукой.

– Хотел побеседовать с Герасимовым.