Лезгинка по-русски

– Мне повторить сказанное?

Занадворов обращался по-прежнему к врачу, понимая, что человек со сливовым носом из троицы главный. Но ответил тот, кого подполковник принял за фельдшера:

– Мы поняли… Я ничего такого и не сказал. Я попросил уважаемого Автандила Георгиевича разговаривать вежливее и не навлекать на нас новую беду.

Занадворов кивнул не глядя, потому что продолжал смотреть на врача, ожидая конкретного ответа. Но тот берег достоинство и молчал. Это Занадворову нравилось. По крайней мере, вызывало уважение.

– Автандил Георгиевич… Уважаемый Автандил Георгиевич! Вы, как я понимаю, врач?

– Да, я главный врач районной больницы Автандил Георгиевич Саламидзе.

– Мне приходится повторять сказанное: вопросы здесь задаю я.

– Ну так задавайте и не тяните время. Меня в больнице ждут… Я один, можно сказать, на весь район остался.

– Подождут. Я не обещаю вам быстрого освобождения. Хотя не обещаю и чего-то уж очень плохого, если вы будете вести себя адекватно обстоятельствам.

Автандил Георгиевич молча ждал продолжения.

– Ваша больница обслуживает американскую лабораторию?

– Что вы называете лабораторией? – спросил Саламидзе.

– То место, куда вы только что ездили.

– У нас это называется учебным центром. Насколько я знаю, американские инструкторы обучают там грузинских офицеров. Видимо, какие-то спецслужбы… Это я так подумал, поскольку попасть в учебный центр очень сложно – там суперсовременные системы контроля. Но это другой вопрос. На ваш же я могу ответить конкретно. Нет, моя больница не обслуживает это учреждение. У них есть свой военный врач, но он, как мне сказали, уехал по семейным делам в Тбилиси, и потому пригласили нас.

– Вы знакомы с военным врачом?

– Нет, мы не встречались.

– И не знаете, грузин он или американец?

– Понятия не имею.

– А с полковником Лоренцем вы знакомы давно?

– Это начальник учебного центра?

– Мы зовем его начальником лаборатории.

– Нет. Сегодня мы встретились впервые. И не полковник звонил, а какой-то капитан. Тоже американец. Кажется, его фамилия Солтон. Впрочем, я могу перепутать. Я давно не имел практики в английском, а вы, наверное, знаете, что они все слова произносят слитно. С непривычки трудно бывает разделить, и из-за этого не все улавливается.

– Да, есть там такой, капитан Солтон…

– Вот… Он позвонил, сообщил, что к ним вот-вот доставят раненого с огнестрелом и рану необходимо осмотреть и обработать. Мы сразу выехали. Послать было некого, потому я сам поехал. А там уже, внутри, на базе или, как вы говорите, в лаборатории, нас встретил полковник. Но он представился как начальник учебного центра. Именно так… Попросил осмотреть раненого. Вот и все…

– И что с раненым?"

"– Больше изображал свои страдания.