Птицы Великого леса

Если бы знал, как Веся будет спасать его от безумия в тёмной хате Воронов, как преданно станет любить сестру, несмотря ни на что.

Что бы Веся сказала ему на прощание? О чём попросила?

Милош вглядывался в её лицо слишком долго, изучал рваные линии ожога, распахнутые губы и точно слышал тонкий голосок в журчании вырвавшейся из-подо льда реки.

– Да, я позабочусь о Даре, – пообещал Милош этому голосу и вдруг испугался, что потерял разум.

Он сорвался с места и поторопился к кострищу, но Стрела преградил ему путь и молча забрал свою жену, забрал с ревностью, точно боялся, что Весняна предпочтёт ему другого.

Медленно, шатаясь, он прошёл вперёд и положил девушку на сложенный погребальный костёр. Стрела достал огниво, присел и принялся тереть кремнем о кресало, но искры потухали, не поджигая сырые ветки.

Милош стянул рукавицу и повёл пальцами, рождая огонь между поленьев. Пламя вспыхнуло так ярко и резко, что Стрела отскочил назад. Костёр занялся с пугающей быстротой и лизнул с любопытством яркий свадебный наряд. Милош отвернулся, не желая смотреть, как пламя доберётся до тела.

– Ростислав, – он положил руку ему на плечо.

 – Давай отойдём.

– Думаешь, прыгну? – спросил его равнодушно Стрела. Глаза его оставались сухими. – Я не могу искать смерти. У меня дома мать и сёстры.

Хорошо это, верно, когда у тебя есть дом. Когда нельзя умирать. Страшно, когда жить не хочется, но Милошу это было тяжело понять. Его никто не звал с той стороны, он даже не мог вспомнить, какой цвет глаз был у его матери или как звучал голос отца.

Дара стояла рядом с Третьяной. Лениво она проводила Милоша взглядом, точно и не увидела. Чири осталась в стороне.

– Там медведь, – тихо сказала она, когда Милош подошёл ближе.

Девочка показала рукой в сторону.

Большая тень шла к реке от леса. И чем ближе она становилась, тем яснее можно было различить существо, что и вправду напоминало медведя, только ходило на двух ногах.

– Стой! Ты кто такой? – Милош размял пальцы, готовясь выбросить заклятие.

Дара медленно повернула голову и бросила холодно:

Мужчина стоял вдалеке, скрываемый тенями, и нельзя было его разглядеть.

– А то ты не знаешь? Земля, по которой ты ходишь – мёртвая. И если помедлишь, скверна расползётся дальше.

Он говорил то ли ворчливо, то ли насмешливо. Милош начинал всё больше злиться оттого, что не понимал, кто он такой.

Медведь приблизился к костру, и Милош наконец рассмотрел старика в медвежьей шкуре. Худого изнурённого старика, пусть и чародея.

– Земля в округе отравлена. Нельзя больше ждать.

– Хоть кто-нибудь может говорить не загадками? – раздражённо воскликнул Милош. – Кто ты такой?

– Звать меня Дедушка, – улыбнулся медведь, отчего на сухом лице стало ещё больше морщин.