Птицы Великого леса

– Ну что, госпожа лесная ведьма? – спросил из саней однорукий Вторак. – Едем?

– Едем, – пожала плечами Дара, не зная, к чему тот начал разговор.

– Ох, и волнуюсь я. Никогда не бывал в Великом лесу, только страшные сказки и слышал.

Дара промолчала. Сказки те были правдивы.

Чем дальше дорога уходила на запад, тем оживлённее становились просёлки. В округе от Твердова было многолюдно, но уже поползли тревожные слухи: твари Нави нападали на людей.

– Как только король прогнал Охотников, так и началось, – пожаловался сапожник, чинивший обувь Горицы. – Без них нам не справиться.

– Так, может, Охотники и науськали нечисть, – с заговорщическим видом сказала его жена. – Их главный водился с ведьмами.

– Что за ерунду ты мелешь? – сапожник чуть не выронил иглу из рук.

Ежи с трудом сдержал вздох. Он и рад был бы послушать, что происходило в округе, но ему не терпелось вернуться в корчму и поужинать. Они были в пути уже третью седмицу, двигались медленно, часто мёрзли по ночам в нетопленных избах, и в этот день наконец собирались переночевать в тёплом доме.

– Не одна я так считаю, – упрямо произнесла жена сапожника.

 – Сам подумай: раз Охотники имеют такую власть над духами, значит, могут не только усмирить их, но и заставить напасть на людей. Их главный, который женился обманом на Белой Лебёдушке, знался с ведьмами, это все знают. Вот Охотники и мстят за то, что их разоблачили.

– Глупости! Охотники убивают нечисть.

– Кого-то убивают, а с кем-то, видать, дружат. Духи никогда такими злыми не были, пока главу Охотников не казнили. Это всё их работа, точно говорю!

Ничего нового сапожник и его жена не говорили. Везде, где бы ни останавливались Горица и Ежи, разговоры ходили примерно одинаковые: ландмейстера Идульфа казнили, Охотников изгнали, а госпожа Венцеслава готовилась к свадьбе с принцем Карлом.

Весь королевский двор перебрался западнее от Совина, в Твердов. Там, вдали от бывшей Совиной башни, было вроде бы спокойнее, но духи Нави свирепствовали и там. Они разоряли деревни, похищали детей, задирали скот, нападали на одиноких путников, и народ бежал из родных мест на восток, в Ратиславию, или на запад, в Твердов или ещё дальше, в Лойтурию. Рдзения пустела.

– Хочешь верь, хочешь нет, – продолжила жена сапожника.

 – Только у нас в Твердове всё было спокойно, пока Охотники не прошли. А с тех пор в замке и началось.

– Что началось? – спросил Ежи.

– Малый человек вернулся. И, говорят, хочет извести молодую госпожу. Он всё ходит вокруг её покоев, вздыхает.

– Какой ещё Малый человек?

Женщина стрельнула в сторону Ежи глазами, улыбнулась с заговорщическим видом.

– Это же наш Малый человек! – оскорблённо воскликнула женщина. – О нём все знают.

– Я не отсюда, – пожал плечами Ежи.