Великий герцог Мекленбурга

Тогда вам не будет никакого утеснения, а если вы не согласитесь на это, то весь ваш город будет предан огню и мечу!

– Да вы, как я посмотрю, и впрямь люди скромные и богобоязненные! – воскликнул я в ответ. – А что, выкуп хотите и вправду малый или обманываете меня по простоте моей?

– О, выкуп мы хотим совсем небольшой, всего-то по золотому червонцу за каждого жителя мужского и женского пола, а если золота недостанет, то славное рыцарство будет столь благосклонно, что возьмет и серебром.

– Ну, это по-божески! Я, пожалуй, сообщу об этом городскому воеводе, пусть он решает. Ты погоди тут, казак, я скоро!

Пока я общался с парламентерами, кто-то сообщил об их прибытии Вельяминову и преосвященному Сильвестру, и, спустившись с башни, я наткнулся на епископский возок, рядом с которым стоял Аникита. Мое появление они оба встретили вопросительными взглядами, и я рассказал им о предложении казаков. Вельяминов, услышав его, замысловато выругался, но тут же спохватился и виновато посмотрел внутрь возка. Епископ же, не обратив на него внимания, спросил у меня:

– Что делать будешь?

– Не знаю, владыко, будь у нас ратных побольше, я бы просто послал этих разбойников куда подальше. Но сил у нас немного, так что, полагаю, надо потянуть время и поторговаться. А там, бог даст, об этих ворах узнают в ополчении и пошлют нам подмогу или еще чего случится.

– А как ты узнаешь, что подмога близка?

– Ну, это просто: как они цену сбавят, так сразу понятно, что им бежать пора.

Поднявшись вновь на башню, я крикнул казаку:

– Ясновельможный пан! Мы тут подумали и решили, что по скудости нашей выплатить по червонцу за каждого жителя никак не возможно. Вот если бы славное рыцарство удовольствовалось червонцем с каждой сотни да не требовали открыть ворота, то мы бы, пожалуй, к общему удовольствию договорились.

– Не можно! – воскликнул воспрянувший было духом парламентер. – Никак не можно червонец с сотни!

– А тебя, собака, никто не спрашивает, можно тебе или не можно! – тут же оборвал я его возражения. – Кто ты такой, чтобы решать за все рыцарство? Иди и скажи им о нашем предложении, а то, может, это тебе не можно, а прочим в самый раз!

– Не хотите добром отдать – все возьмем силою! – закричал в ответ оскорбленный в лучших чувствах казак и, пришпорив коня, ускакал прочь.

Похоже, с ответом я все-таки перегнул, и вскоре неприятель стал сосредотачиваться для атаки. Пользуясь отсутствием у нас артиллерии, казаки подходили совсем близко к стенам и спешивались. Появились и наспех сделанные из жердей лестницы, впрочем, не слишком много. Мои драбанты заняли места на наиболее опасном участке стены вместе с местными жителями и вновь подошедшими к нам на помощь монахами.