Замок княгини

Вина мужа — вот что стало её горем, а не его смерть. Но Кантана…

Она единственная среди детей, пожалуй, действительно была привязана к отцу. Младшие пользовались отношением отца, дочь — его безотчетной любовью, сын — ещё и признательностью за то, что он, сын и наследник, есть на свете. Кантана — та его ценила, оправдывала, прощала его одержимость магической наукой и сиюминутное к ней невнимание, всегда хотела помочь…

Неловкая улыбка матери сказала всё лучше слов.

— Мама, — Кантана укусила себя за губу, — они зачем-то спрашивали меня про Шайтакан. Мама?! Отец?.. Его больше нет, да?

Какое-то время Кантана сидела не шевелясь, потом медленно встала, подошла к окну и склонилась над подоконником, отвернувшись от матери, слезы, собравшиеся в глазах, пролились, прочертили щеки двумя дорожками. Мать не стала утешать, говорить разные никчемные слова — она знала свою дочь, и знала, чего не стоит ей говорить.

Наконец Кантана вытерла ладонями щеки, спросила:

— А как?.. Почему?..

— Там случился страшный шторм, и землетрясение, говорят… Много разрушений и в городе, и в замке. И погибших было много.

— Но почему он не использовал свою магию, чтобы спастись?

— Наверное, то, случилось, было сильнее его магии. И это ещё не всё. Видишь ли, там, в замке, твой отец прятал похищенных драконов. И благодаря этому несчастью, посланному Провидением, всё открылось.

— Мама?! — Кантана обернулась и изумленно смотрела на мать.

— Да, — мягко, но четко повторила лира Кайра. — И эти города, разрушенные колдунами из-за похищенных драконов. Теперь все винят в этом твоего отца. И император тоже.

Может быть, не стоило бы говорить всё это Кантане прямо сейчас, но сегодня ей предстоит беседа с магами, а также с самим императором, может быть.

— Теперь колдуны хотят забрать себе Шайтакан.

— Что ж, — Кантана дернула плечом, — какое нам дело? Пусть забирают. Разве не все равно? Или тебе жаль его?.. Он давно не наш.

— Император решил отдать Шайтакан. Верховный маг ему это советует, и гадатели. Уж не знаю, что они там нагадали.

— Тем более. Пусть, — повторила Кантана, и голос её ломко дрогнул.

Место, убившее отца, было вовсе недостойно существования.

— Да, девочка. Мы поговорим потом, — пробормотала лира Кайра, подошла и обняла дочь.

Не всё сразу. В конце концов, это было тяжело.

— Да, мама. Как скажешь, — привычно согласилась Кантана, но вдруг встрепенулась, отодвинулась от матери.

— А о чем нам придется поговорить потом?..

Смущение матери, какая-то недосказанность, неопределенность, которые, кажется, осязаемо повисли в комнате, тревожили девушку. Она ещё раз вытерла глаза, уже окончательно. Отец не любил женских слез, очень не любил. Это Кантана знала точно.